Шрифт:
Интервал:
Закладка:
И было, что из Хорватей и Волыни бежало мятежное людье, числом до двадцати тысяч, и осели в Ятвя-зех; Уила выдал их Видгару и Хелмору, избавивши тем ся от бранного спора и разорения. Видгар, ища похвалы Володимира, повелел избивати беглецов-право-верей до смерти; Хелмор же, покорствуя волхвам, приветил несчастных; и вновь поссорились Видгар с Хел-мором. Могута поспешил на выручь к правоверям и столкнулся с Полотьским князем. Увы бранящимся: когда двое вступили не на живот, а на смерть, является третий, менее сильный, и встает над обоими.
Вскоре вернулся в Менесь Славута и при нем огузье дружины. Гордился Мирослав возмужалым сыном в надеждех, со Славутой прогонит Ольсича из Турья и проучит Велигу. Але заблуждают надежды: что желания человеца в мире, полном иных людей и желаний? Рече Славута: «Почто не даешь обещанного на дружину?» Отрече Мирослав: «Одаряет (обычно) водивший, але не кручинься. Вернем от ворогов и стол, и землю, и полюдье, и домы, и челядь, и серебро, одарим дружину с лихвою». Рече Славута: «Ты мя опростоволосил, како предстану ныне пред мужеми? И смею ли бранитись с Ольсичем? Вот был в Турье на возвратном пути с Воло-димиром и Добрыном. Пал Ольсич в ноги великому князю и просил христити Турьскую землю, пеняя тебе, еже препятствуешь, и то причина возмущения; рече: «Смиренно, аки стремчий, введу коня Мирославля в Турье и верну князю стол, едва приимет христианскую веру. Не вели мя прогнати, вели до той поры оставити» [231]. И упало сердце у Мирослава, и опустились руки; впроси: «Ужли лучше смиритись?» Рече: «Смирись, в том польза твоя и моя, на покори достанет, а тамо и переменится. Глядишь ведь очеми юности (своей), и то заблуждение; глаголишь о времёнех, еже миновали, и о мужех, иже перевелись. Прав Ольсич, требуя наследовати: при ссорах, обидах и перекупах возможно ли выкликатидо-стойного? Едина Русьская земля, едину быть и обычаю». Взглянул на сына Мирослав и узрел отметника. Впроси: «Не хрищен ли?» Отрече, нимало не устыдясь: «Воспринял Христа с любовию и сожалею о блудящих в сумерках». И сказал Мирослав, погребая надежды: «Не Христа воспринял, сыне, но продал душу чюжому богу, осиротев. Ради чего?» И, взбледнев, молвил Сла-вута: «Смирен пред тобою. Не искушай же мя, отпусти с дружиною. Пойду в Полотсь искати славы». И не удерживал Мирослав: «Бедствую ныне: абывсяк на счету, однако противно смеяние в людех. Не принявший науки отца да приимет науку истца; коли глупый назовет ся разумным, кто воспретит? Зычно тявкает щенок, але еще не пес». И отпустил Славуту с дружиной. В тот же день явися к Мирославу владыко Череда, велми озабочен; рече, не преступая порога: «Хо-щешь ли миритись со мною?» И обнял его Мирослав: «Твои и мои помыслы (принадлежат) земле и вере. Знаю, обманул Ольсич». Рече владыко: «Знаешь, да не все.
- Когда велит совесть. Культурные истоки Судебной реформы 1864 года в России - Татьяна Юрьевна Борисова - Прочая научная литература / История / Юриспруденция
- Взгляд на просвещение в Китае. Часть II - Никита Бичурин - История
- Прожорливое Средневековье. Ужины для королей и закуски для прислуги - Екатерина Александровна Мишаненкова - История / Культурология / Прочая научная литература
- Покушение на Гейдриха - Мирослав Иванов - История
- Рассказы Геродота о греко-персидских войнах и еще о многом другом - Михаил Гаспаров - История
- История государства Российского. Том I - Николай Карамзин - История
- История государства Российского. Том 1. От древних славян до великого князя Владимира - Николай Карамзин - История
- Правда о «еврейском расизме» - Андрей Буровский - История
- Запрещенная история - Дуглас Кеньона - История
- Великий князь в поход собрался - Виталий Викторович Пенской - История