ЛибКинг » Разная литература » Прочее » Постчеловек: глоссарий - Рози Брайдотти
Читем онлайн Постчеловек: глоссарий - Рози Брайдотти

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 ... 194 195 196 197 198 199 200 201 202 ... 247
изменений, невольных плясок на тайском пляже, когда полную луну уже давно затмило солнце, печальных танцев на закате, когда прилив смывает песок у наших ног, тверкинг до изнеможения на ногах, заплетающихся в агонизирующей боли. Дальше будет то, что, я полагаю, можно назвать обрывочной анекдотической историей о прогулках вдоль этих постапокалиптических берегов в попытках не наступить на эти изнуренные тела только ради того, чтобы натыкаться на каждом шагу на остатки булавок и иголок. Первый шаг: «Ой, климатическое изменение»; следующий шаг: «ах, последняя панда»; «засуха», «цунами», «постгуманизм» и так далее, до такой степени, что прогулка по пляжу напоминает прогулку по конвейеру сортировки мусора. Пляж, или поле, по которому я чаще всего прогуливаюсь, – это искусство и, если говорить более широко, культура. То, что я хочу здесь обсудить, это некоторые из тех вещей – а они были очень распространены и просто ошеломительно повсеместны, – на которые я не мог не наступить в последние годы. Я хочу подарить вам, если угодно, социокультурную историю мозолей на подошвах моих ног после прогулки по берегу.

Одно из моих самых первых воспоминаний о прогулках по пляжу – эпизод сериала «Сайнфелд», на который я наткнулся: действие происходит в Нью-Йорке на берегу океана. Эпизод – под названием «Морской биолог», из пятого сезона, – связывает воедино ряд сюжетов, два из которых представляют для нас интерес. В первом из них лучший друг Джерри Сайнфелда, Джордж Костанца, в тот момент совершенно без работы, притворяется морским биологом, чтобы привлечь внимание женщины, интересующейся природой. Вторая история рассказывает об эксцентричном соседе Джерри, Космо Крамере, который отрабатывает удары для игры в гольф с нью-йоркского побережья, запуская шары в океан. В финальной сцене истории пересекаются[164]. Прогуливаясь по пляжу, Джордж и его девушка находят выбросившегося на берег несчастного кита. Запутавшийся во лжи Джордж, который рассказывал, что он ученый, изучающий экологию океана, вынужден подойти к киту, чтобы разобраться, в чем дело. Приблизившись к киту – что удивительно, ведь он

вовсе не морской биолог, он даже не знает, что кит – млекопитающее, а не рыба, – он обнаруживает, что проблема заключается в том, что мячик для гольфа попал киту в дыхательное отверстие.

Здесь «Сайнфелд» обращается к теме антропоцена – воздействию человечества на окружающий его мир – на тот, что ниже, выше, между, внутри него или проходит его насквозь, – выражаясь, так сказать, буквально, к его отпечатку на геологии Земли, при помощи по меньшей мере трех разных тропов. Первый: антропоцен представлен через шутку, каламбур. Это не такая уж печальная реальность – мы ведь не видим, как Крамер попадает шаром для гольфа в кита, как и не видим, что Джордж спасает его, – эта история рассказывается ради смеха. Второй: антропоцен – это несчастный случай, коинсидентальный эффект легкомысленного, но ни в коем случае не злонамеренного отношения к природе. Совершенно очевидно, что Крамер не замышлял попасть в кита. Его «мяч в лунку одним ударом» стал неудачным совпадением, которое нельзя было предусмотреть. В то же время он не попал бы в кита, если бы бездумно не отправлял мячи для гольфа в океан… Третье: в антропоцене все легко решается. Даже Джордж, идиот, каких поискать, и непревзойденный нарцисс, может спасти кита. Наконец, можно отметить, что в антропоцене «Сайнфелда» заправляют исключительно белые западные мужчины. Короче говоря, «Сайнфелд» представляет антропоцен в виде серии забавных неприятностей, которые могут быть исправлены белыми парнями средних лет.

Я воспринимаю то, как показан антропоцен в «Сайнфелде» – очень забавно и в то же время тревожно, – как отражение стандартного отношения к экологическим проблемам в 1980-х и 1990-х – или, раз уж на то пошло, к экономическим, политическим или нравственным вопросам. Это не означает, что это был единственный подход к решению проблемы, что не существовало неправительственных организаций или индивидов, бьющих тревогу, что активисты «Гринпис» не патрулировали побережье в поисках охотников за китами и тюленями или что не существовало художников и писателей, обеспокоенных климатическими изменениями и подъемом уровня моря, цунами и вымиранием животных. И действительно, когда я задал этот вопрос своим друзьям и коллегам, они назвали мне множество литературных произведений именно по этой теме. Художественный критик Том Мортон привел в пример графический рассказ Алана Мура «Солнечный ожог» (1970), где описан пляжный курорт в солнечный день, а философ Нина Пауэр напомнила мне о том, что этому посвящено почти все творчество Балларда[165]. Также на ум приходят Урсула Ле Гуин, Фрэнк Герберт и, конечно же, Филип Киндред Дик. Однако я поспорю с тем, что в восьмидесятые и девяностые нравственное безразличие из «Сайнфелда» было общепринятым отношением к антропоцену. Другие подходы в то время представляли собой то, что Рэймонд Уильямс (1977) назвал бы «возникающими», периферийными структурами чувства, которым еще только предстояло занять господствующие позиции. Правда, сама формулировка проблемы, сам ярлык антропоцена к тому времени еще не были озвучены.

Вернувшись на пляж 25 лет спустя, мы увидим, что его культура изменилась до неузнаваемости. Джорджа и Крамера почти вытеснили со сцены, которая теперь заполнилась людьми, гораздо более экологически осознанными, – не обязательно более хорошими или более плохими, просто у них другие приоритеты. Я говорю здесь в первую очередь о популяризации постапокалиптических экороманов и фильмов, начиная от недавно написанных и снятых – от канонических книг Кима Стенли Робинсона и цикла «Разрушитель кораблей» Паоло Бачигалупи до «Возможности острова» Мишеля Уэльбека и (киноадаптации) «Дороги» Кормака Маккартни, где хронотоп пляжа означает границу между землей и водой, а также прошлым и будущим, руинами и воздушными замками, одиночеством и отчаянием. В «Сайнфелде» поездки на пляж были веселыми и эпизодическими, современная же литература чаще всего приезжает туда в мрачном настроении, словно в забытый пункт последнего назначения: здесь или нигде. И если все-таки здесь, то, как я полагаю, лишь ненадолго, словно эхом последних строк из «Слов и вещей» Фуко: «Человек исчезнет, как исчезает лицо, начертанное на прибрежном песке» (Foucault, 2005: 422; Фуко, 1994: 404). Но я также размышляю над таким художественным проектом, как инсталляция творческого коллектива Captain Boomer «Кит, выброшенный на берег» (2008). Бельгийская группа создала реалистичную семнадцатиметровую тушу кашалота, залитую кровью, с запахом гниения, которую установили на пляже Схевенингена – а потом и на других пляжах в разных странах мира. Была нанята команда актеров, которые играли ученых, обследующих труп млекопитающего. Белые мужчины из «Сайнфелда» еще успевали спасти кита, но к тому времени, когда появлялась команда мужчин и женщин из Captain Boomer Collective в белых одеяниях, ей ничего не оставалось, как только оплакивать животное. Их единственной

1 ... 194 195 196 197 198 199 200 201 202 ... 247
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Постчеловек: глоссарий - Рози Брайдотти бесплатно.
Похожие на Постчеловек: глоссарий - Рози Брайдотти книги

Оставить комментарий

Copyright LibKing.com © 2024 | Все права защищены.

pbn.book@gmail.com