ни к чему и принял тактические решение отступить с поля боя.
— Ставьте щиты и прикрывайте гурда. Уходим!
Прячась за фургоном и водными барьерами мы двинулись по перевалу. Горные гоблины преследовали нас еще несколько минут, и в итоге отстали. Отряд успешно миновал гоблинячью засаду и принялся спускаться с вершины. Мне показалось, что расстояние до земли с этой стороны меньше. Другими словами, Абрасакс лежал прилично выше уровня моря. Впрочем, на Тардисе это вообще ничего не значило, поскольку локальные аномалии правили климатом, а не нормальные физические законы. С другой стороны, учитывая точность современных прогнозов погоды, нередко складывается впечатление, что и на Земле балом правят одни аномалии и никудышные ясновидцы-метеорологи, которые тщетно пытаются предсказывать погоду.
Мы оставили горных поганцев в покое и продолжили неспешное путешествие. Я думал, что спускаться с перевала будет в разы легче, однако коварная штука под названием гравитация и здесь не стала давать нам спуску. Тормозной системы в повозках предусмотрено не было, так что нам приходилось спускаться с большой осторожностью. Если тяжелая повозка покатится с горы, да еще уволочет за собой гурда, то разобьется в щепки, да и животину жалко. В общем, двигались мы неспешно и держали наготове подобие башмаков, чтобы подложить их под колеса повозки.
Во второй половине дня мы наконец достигли подножия перевала и вышли на оперативный простор. Сразу словно груз с плеч спал. Все-таки горные и морские прогулки оставим одноименным эльфам или гоблинам. Человек лучше себя чувствует на равнинной местности. Уж лично я так точно.
Перед нами расстилалась бескрайняя серо-бежевая пустошь. Деревья и растительно уже в горных пределах сошли на нет, здесь же ни травинки не пробивалось через потрескавшуюся иссушенную землю. Твердые слежавшиеся участки перемежались каменными плато, а порой попадались настоящие песчаные дюны. Вот они-то и вызывали у нас определенные сложности. Колеса фургонов были широкими, но на сыпучем песке все равно вязли. К счастью, нам удавалось находить более надежные поверхности для передвижения.
Вечером Лиетарис подстрелила из лука пару пустынных ксаргов — мелких созданий, похожих то ли на сурикатов, то ли на тощих сусликов. Как они здесь выживали — одним богам ведомо. Ксаргами, как я понял, называли всех грызунов в общем, но в разной местности обитали свои виды.
— А я думал ты только с мечом обращаться умеешь, — хмыкнул я.
— Высокий эльф умеет ладить с любым оружием, — заявила ушастая надменно.
— Вы этих ксаргов жрать собираетесь? — уточнил я.
— Почему нет? — удивилась Лиетарис.
— Действительно…
Да уж, местные употребляли в еду все, что двигалось. А что не двигалось — двигали и тоже ели. Тем более если речь шла о мясе. Мясо в рационе значительно ускоряло регенерацию маны. Я это и по себе замечал, да и эльфы становились вялыми, если их кормить одними овощами. Мы активно пользовались услугами водников, так что энергию они тратили постоянно. Их следовало кормить мясными продуктами, вот только стоило такое пиршество недешево. Я хоть и поднялся на последних продажах, и мечта о снятии проклятья уже не казалась мне чрезмерно далекой, все равно кормить слуг на убой мне было не по карману.
Иногда нам удавалось добыть дичь самостоятельно. На рыбных деликатесах большинство прилично набралось сил, за исключением Высокой, страдающей от морской болезни. Зато сейчас Лиетарис ела за двоих. Она была рада оказаться на твердой земле.
Мяса с пустынных ксаргов нам досталось мало, но все равно похлебка получилась вкусной. Как-то я в последнее время перестал разделять свою еду и еду для слуг. Просто себе накладывал побольше самого вкусного из общего котла. Надо сделать скидку на тот факт, что ныне при мне одни одаренные, так что и кормить их приходится более качественно, дабы они быстрее восполняли потраченную ману. В общем, разделял трапезу с народом. По вкусу мало отличалось от местной птицы. Наверное, крыс бы я есть побрезговал, но ксарг звучит как-то благородно что ли.
К вечеру изнуряющая жара спала. Я провел обязательную физическую тренировку вместе с Лиетарис, которая не желала проигрывать в этом негласном соревновании жалкому человечишке. Мне все еще было до нее далеко, но разрыв постепенно сокращался. Вряд ли без особых хитростей я ее когда-нибудь догоню, но видеть перед собой такой пример — это заставляло стараться еще больше.
— Кончита, сполосни меня.
— Конечно, мастер!
Эльфийка брызнула в меня плотной струей водицы, смывая дневной пот. Я почувствовал, что у меня еще остались силы после перехода через перевал, чему способствовал поглощенный осколок, так что решил потратить выносливость в правильное русло. После открытия во мне дара и магических тренировок я начал сомневаться, надо ли мне вообще качать физуху и изучать фехтование. Больших успехов мне добиться не удастся, ведь путь Воина был несовместим с путем Мага. Так утверждали знающие люди, по крайней мере.
Вот только колдун из меня оставался посредственным, а защищать себя надо. Если враг подберется вплотную, от магии не будет проку. Покумекав, решил продолжить тренировки. Надо уметь за себя постоять.
— Кто-нибудь из вас разбирается в фехтовании? — спросил я Водных эльфов. — Ибал?
— Не занимался, мастер. Зачем это одаренному эльфу? — пожал плечами щупальцеголовый.
— Жаль… — я обратил свой взор на Лиетарис, которая ухаживала за своим зачарованным клинком. — Как насчет милой Лиечки? Дашь мне пару уроков? Ты ведь не будешь больше стараться убить своего любимого мастера?
— Разумеется. Я дала слово, — ответила ушастая степенно.
О! Похоже, у меня появился действительно умелый учитель. В опыте Высокой эльфийки я не сомневался. Даже Гро-Баку, у которого я много почерпнул, было до нее далеко.
— С чего мне начать? — воодушевился я.
— Хм-м… — задумалась Лиетарис. — Я не могу обучать человека искусству Высоких эльфов. Это будет настоящим кощунством!
— Но в тренировочном поединке тебе участвовать никто не запрещает?
— Если таково желание мастера…
— Сначала разомнусь! Буду заниматься по системе Гро-Бака…
Степной эльф показал мне множество базовых ударов, которые мне и следовало отрабатывать. Сотни повторений одного из того же выпада доводили его исполнение до автоматизма. Я это прочувствовал на себе в боях.
Отработав несколько подходов, я взял второй тренировочный деревянный клинок и бросил ушастой, после чего встал в боевую стойку. Лиетарис лениво подбросила учебный меч и текучей походкой подошла ко мне.
— Начали! — скомандовал я.
Молниеносный вихрь, и мой бок обжег резкий удар. Такой прыти от Высокой я не
