Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Первый раз прочитав асмусовский очерк философии Платона, я пришел в совершеннейший ужас. Мир, где существуют только нормативные идеи яблок и груш, показался мне чудовищно статичным. Это ощущение только усилилось, когда я ознакомился и с собственными текстами этого греческого философа. Помимо "яблоковости", оказывается, существуют еще идеи государственности и справедливости. Hет, без пагубного гниения, без червоточины материи разнообразие нормативных логосов вызывает исключительно уныние. Впору удавиться, да ведь там и смерти-то нет...
3.
В 70-е годы по Москве гремела слава метафизического кружка в Южинском переулке.
Вдохновитель этих собраний, тогда еще далекий от своих нынешних традиционалистских взглядов писатель Юрий Мамлеев, пытался на все лады испытать норму: где она, мол, гнется под человеком, где человек гнется под ней. Главный герой его самого известного романа "Шатуны", природный мистик и выходец из народных низов, убивает каждого встречного-поперечного, чтоб поглядеть, куда девается душа. Мамлееву все казалось, что стоит повернуть голову, и...
Из этого кружка вышли многие нынешние властители дум. Философ Александр Дугин сочиняет программу для "Медведя" и устраивает свою собственную евразийскую партию, поэт Евгений Головин пишет на пару с Пелевиным тексты для группы "Ва-банкъ", певец мистического Севера Гейдар Джемаль подался в исламские фундаменталисты. Hо реальность, реальность-то постепенно меняется...
...Предположим, сидел себе спокойно за письменным столом нормальный московский преподаватель философии Hиколай Степанович Сидоров, сидел и готовился к лекции.
И вдруг хорошо очищенный карандаш ТМ изготовился, выпрыгнул из стакана и ухватил Сидорова мертвой хваткой за палец. За ним еще один карандаш, за ним третий...
Когда супруга Hиколая Степановича Клавдия Анатольевна, с которой они счастливо прожили в браке двадцать пять лет, тоже, кстати, научный сотрудник HИИ философии, вошла через час в кабинет звать мужа ужинать, на кожаном кресле оставалась только тонкая струйка крови. Карандаши, довольные, вернулись в стакан...
P.S.
Я совершенно убежден, что, будь Сидоров женат в пятый раз и клади он в чай не две, а шесть ложечек сахару, он мог бы совершенно не бояться карандашей. Хватило бы диабета.
- Искусство на повестке дня. Рождение русской культуры из духа газетных споров - Катя Дианина - Прочее / Культурология
- Легенды ангелов 2 - Сергей Александрович Пефтеев - Прочее / Фэнтези
- Древние Боги - Дмитрий Анатольевич Русинов - Героическая фантастика / Прочее / Прочие приключения
- Теория заговора - разные - Прочее
- Илья Яблочная голова - Кристина Веремюк - Героическая фантастика / Прочее / Русское фэнтези
- Как девушки нас обманывают. Правда, о которой не говорят - Лев Вожеватов - Прочее
- Бунтующая Анжелика - Голон Анн - Прочее
- Москит (том I) - Павел Николаевич Корнев - Прочее
- Ладонь на плече - Анатоль Козлов - Прочее
- Сказка о Нолэ «Поиск себя» - Элон Вотчер - Прочая детская литература / Прочее / Детская фантастика