отпустил меч и готов был взяться за голову.
Тело старухи медленно осело. Она выблевала кровавый сгусток, засунула палец в рот как в чернильницу и провела по деревянному паркету линию, затем другую, третью и так далее.
Когда рисунок был закончен, она что-то тихо бормотала, Марк присел на корточки рядом с ней, и с опаской приблизил ухо к её губам и расслышал «подарок» и «человеку». Через пару минут она окончательно издохла, сидя на коленях.
Марк оттолкнул её ногой на спину. На полу был нарисован иероглиф. Порывшись в доме, он нашёл старый листок бумаги и перерисовал послание. Внутри было странное чувство — с одной стороны, он существенно приблизился к раскрытию тайны, но с другой — как быть с Найшей?
Он подозвал ребят, Кунц с порога помрачнел.
— Положите её на стол, — приказал Марк, оставалось убедиться кое в чём ещё.
На пол полетело всё лишнее, и в центр комнаты со скрипом притащили стол.
— Держи её за плечи, — усилив дистортом руку, Марк махнул мечом, филигранно отсекая полголовы. «Крышка» черепа стукнулась о пол, разбросав содержимое.
— Что ты делаешь?
— Подожди, дядя, — попросил он и, вытерев оружие, спрятал его в ножнах. Затем достал из-за голенища инструмент покороче.
Как и предполагал — весь мозг был оплетён какой-то непонятной гадостью. Под молчаливые взгляды он потрошил бабку и находил всё большее и большее подтверждение своим мыслям. Паразитизм практически превратился в симбиоз, и как только тварь достигла пика — осознания себя в этом мире — она предпочла жизни смерть.
Само тело вуруждука видоизменилось — вместо шарика с ножками, оно превратилось в подобие большой гибкой плоскости, опутывающей все органы жизнедеятельности — оттого у бабки и сохранялось полнокровие. Вуруждук не жрал её, а питался тем, что попадало в её желудок.
Однако, судя по описаниям Мика, кормление было неаккуратным — возможно, эти травмы купировал уже Альтэндо. Если Штрейхбеккер разрешал такие манипуляции с родственницей, то на это была причина, подумал Марк.
Либо Альтэндо насильно всё сделал и держал верзилу таким образом в заложниках. Бабка, похоже, не осознавала, кто она такая. А может болезнь? Вылечил болезнь. Она ведь человек в возрасте. Ладно, это уже не столь важно.
Марк весь заляпался в крови. Дома дурно пахло, и красные сгустки стекали по ножкам стола, капая с крышки на пол. Тяжёлый и неприятный запах железа пропитал комнату.
Ноги немного скользили и, закончив со вскрытием, Марк покинул помещение. Ребята сейчас сидели на кухне и тихо переговаривались.
Он отошёл в сторону и вымыл руки небольшим кусочком мыла, найденным в одном из шкафчиков. Стоило зайти, как все разговоры прекратились, и команда смотрела, как он потом отмывает и обувь, чтобы не оставлять красных следов.
— Уходим, — отбросив полотенце, скомандовал Марк.
Они покинули домик с тяжестью на душе и добравшись до лошадей, помчались обратно. Солнце давно встало и скоро будет полдень.
— Что вы с ней сделали⁈ — закричал Бефальт, когда узнал, что старуха мертва и дёрнул себя за топорщащиеся волосы.
Все разошлись по углам и мрачно молчали, иногда посматривая на секундную стрелку часов. Последний шанс, что у них был, безнадёжно потерян — теперь только конфронтация и не факт, что они победят, а Найша останется в живых.
— Я пошёл искать Ли, — сказал Бефальту Марк и, повесив куртку на плечо, собрался было выйти. — Кунц, ты со мной?
Тот покачал головой.
— Останусь на всякий случай.
— Хорошо, так даже лучше.
Марк примерно знал, где искать однорукого. Это может занять много времени, но он постарается успеть, а ещё желательно найти Бруно, но это уже из разряда фантастики. Мик бы с его опытом работы в мессалле сейчас бы пригодился. Да где его носит?
* * *
Оставив утром записку о местонахождении бабки Штрейхбеккера, Мик собрался и вышел на улицу. Он ничего не знал о предстоящем нападении и поэтому был удивлён не меньше остальных такой жестокостью.
Оно и правильно — Крижен ему ещё недостаточно доверял и тут был конфликт интересов. Из записки ясно было, где держат его сестру — это самое логово банды. Здание — с виду небольшой пансионат с внутренним двориком, амбарами, складами и конюшнями.
Там любил отдыхать определённый контингент людей, скажем так, из преступного и близкого к нему мира. Мик был в этом гадюшнике несколько раз, когда ещё шпионил для красноволосого. Отдых, безопасность и домашний уют — вот чем туда завлекали, но не всё так просто.
Здесь была и своя тюрьма, и место для пыток, и всё это не мешало другим постояльцам — они просто не видели лишнего. Для тёмных делишек территория была огорожена, скрывая въезжающие на задний двор кареты.
Мик посчитал своим долгом отговорить Крижена от необдуманных шагов — его семья могла принести ему большие деньги. Сейчас банда сильно разрослась и нужны были средства — он это понимал, но требовать их в такой жёсткой форме… Возможно, они хотят сразу показать, кто тут хозяин.
Обмен заложника на заложника устроит его семью, но дальше может последовать ещё больший удар и тут для Гурга важно договориться. Он же, Мик, ничего не решал. Всё, что он хотел — это подобраться поближе к красноволосому и намотать его кишки на нож.
— Что ты сказал? — сквозь зубы прошипел Крижен, рядом сидел спокойный Штрейхбеккер и задумчиво обнюхивал сигарету. От него Мик никогда не получал нагоняй, да и виделись они редко. Но парень знал, что руководит бандой именно этот человек и большинство поступков Крижена имеют вполне объяснимое происхождение — прямой приказ главаря.
Сейчас его горячо любимую бабулю с отклонениями брали в заложники, и Мик старался сдерживаться в проявлениях эмоций. Это второй удар по ублюдкам — первый нанёс Гург, убив шестерых бандитов. Об этом случае Мик сейчас и сообщал. Это понадобилось для повода, чтобы оказаться внутри пансионата и отыскать Найшу.
Если он сможет задержаться здесь, то устроит ей побег, а для этого нужна была информация для двоих магов. Рано или поздно они бы узнали, куда пропали подчинённые, а так он доказал свою полезность. Это, конечно, может грозить неприятностями при сделке — но тут всё пройдёт как надо — Штрейхбеккер слишком любил бабулю, чтобы разменять её на какую-то левую девку.
— Они мертвы, все шестеро.
— Су**нок не мог их убить один, — Крижен остановился, прекратив ходить туда-сюда. — Нам нужна была только баба…
— Брат сказал, что они сразу заметили похитителей и побежали за ними.
Штрейхбеккер подул на сигарету и сказал.
— Это многое объясняет. Парнишка просто сам навязался. Он был ранен? — громила вопросительно посмотрел на него.
— Вроде нет, — Мик отвёл глаза и добавил, что серьёзно пострадал их друг Йохим.
— Это не сынок генерала Зелле?
— Да, он самый.
— Идиоты. Хорошо, что не помер, — Штрейхбекер затянулся и выдохнул струю дыма. — Проблемы с инвестиго нам не нужны.
— Хорошо, молодец — свободен, — махнул ему рукой Крижен.
На территории сейчас оживлённо сновали туда-сюда люди. Некоторые кучковались группками, весело переговаривались и активно жестикулировали. Насколько Мик знал, большинство из них — это новенькие или те, кто ожидают аудиенции у Штрейхбеккера.
Брат должен был отвалить кучу бабла, и они заранее объявили набор. Гады. Даже не считаются с ними. Ему бы только добраться до Найши… Бефальт сказал, что скоро у них будет собственная охрана из пяти высших магов. Это обойдётся им в копеечку, но необходимость толкала на подобный шаг.
«Деньги нужно защищать» — эту мысль они усвоили на собственной шкуре. Теперь Микульп понимал, почему Гург так активно навязывал им физические упражнения и звал всех в амфитеатр, жертвуя зачастую собственными интересами в науке. Брат просто знал наперёд, чем может обернуться столь быстрое обогащение, и принимал меры. Но тогда они были всего лишь детьми и не понимали этого.
Иногда ему казалось, что Гург никогда не был ребёнком. Сколько Мик себя помнил, этот парень словно пропустил детство с самого рождения. Раньше он об этом не задумывался, но вот сейчас это почему-то лезло в голову. Найша. Нужно думать о Найше.
— Мне надо к сестре, — сказал Мик охранявшему дверь в помещение без окон. Маг был невысокого роста и явно скучал, поэтому попытался всё свести в препирательство с оскорблениями, но десяток фалеров делают чудо — дверь отперлась.
