против моей воли. И самое пугающее в этом была не его наглая выходка, а то, как я отреагировала на нее. Мне нужно было зарядить Десмонду звонкую пощечину, но я не смогла заглушить крики своего несмышленного тела и ответила на поцелуй.
Я снова не устояла перед искушением.
И теперь я должна поставить Десмонда перед фактом: он не имеет права так себя вести и позволять делать со мной все, что ему вздумается. Я не жалкая собачонка, как утверждает Кайли.
Вчера мы расстались с Десмондом на довольно примирительной ноте, и я надеюсь нормально поговорить с ним. Правда я не видела его машину или машину Кэша на парковке перед зданием академии. Вполне вероятно, что братья Аматорио решили прогулять первый урок.
От мыслей меня отвлекает звонкий голос преподавателя, вошедшего в класс. Все мгновенно замолкают, когда женщина средних лет в брючном сдержанном костюме подходит к своему столу, после чего включает проектор. На интерактивной доске появляется теорема де Моргана, и я стараюсь сосредоточиться на занятии.
* * *
Я переодеваюсь в слитный черный купальник с золотистой эмблемой «Дирфилда» на груди, потому что миссис Харрисон подхватила кишечный грипп, и урок Всемирной истории отменяется. По этой причине я решила использовать свой красивый пластиковый пропуск в бассейн, чтобы поплавать, ощущая, как в воде расслабляется каждая мышца.
В детстве я была частым гостем бассейнов, потому что моя мама работала детским тренером по плаванию. Поэтому уже в пять лет я гребла наравне с дядей Дженсоном — близким другом папы, который работал спасателем на пляже.
Сложив все вещи в шкафчик в женской раздевалке, я собираю волосы и прячу их под тоненькой шапочкой. После чего просовываю босые ноги в белые кроксы, замечая сбоку логотип академии. Серьезно? Здесь помечают эмблемой даже обувь для плавания? У них явные проблемы с тщеславием.
Проскальзываю в зал через раздвижные стеклянные двери и оглядываюсь по сторонам, понимая, что я здесь совершенно одна — в этом гигантском, отделанным кафелем помещении, где запросто уместился бы жилой квартал. Центральную стену занимают окна от пола до потолка, за которыми открывается вид на парковку и стадион.
Осторожно опустившись в прохладную воду, я прикрываю глаза очками для плавания и пытаюсь свыкнуться с тем, что меня окружает непривычная тишина. Невероятно.
От стен отображается звонкий всплеск воды, когда я отталкиваюсь ногами ото дна и плыву, делая размеренные взмахи руками. Плавно переворачиваюсь на спину и закрываю глаза, позволяя спокойствию проникнуть в каждую клеточку тела.
Спустя несколько минут я постепенно погружаюсь под воду и выныриваю. И так несколько раз, пока не прикасаюсь рукой к скользкому краю бассейна. Развернувшись, я отталкиваюсь кончиками пальцев ног от стены и плыву в другой конец дорожки.
Я в очередной раз выныриваю, и до моих ушей доносится отдаленный звук раздвижных створок. Кто-то пришел в бассейн?
Я немедленно оборачиваюсь к центральному входу, но кроме меня здесь никого нет. Странно. Я уверена, что слышала, как разъехались в стороны стеклянные двери. Нахмурившись, я прислушиваюсь к звукам в тихом и пустом зале. Ничего.
Резкий гудок из динамиков заставляет меня вздрогнуть, и мой взгляд устремляется к большим электронным настенным часам. У меня еще в запасе есть немного времени, чтобы поплавать. Я вновь погружаюсь под воду, практически достав до дна, и направляюсь к поверхности.
Вдруг у края бассейна внезапно появляется высокий силуэт. От неожиданности я судорожно вздыхаю, и это становится моей ошибкой. Вода попадает в горло, легкие болезненно сжимаются. Паника охватывает меня, я начинаю барахтаться, и перед глазами все расплывается. Инстинкт сохранения срабатывает, и я с усилием пытаюсь всплыть. Вцепившись в волногаситель и подтянувшись, я оказываюсь на поверхности и хватаю ртом воздух.
Стараюсь отдышаться, но изо рта выходит какой-то страшный хрип. Я заставляю себя успокоиться, и наконец мне удается сделать вдох, а затем выдох. Повиснув на разделителе дорожек, я стягиваю очки с лица и глубоко и часто дышу. Моя грудная клетка отчаянно поднимается и опускается. Кто так меня напугал?
Я поворачиваюсь в ту сторону, в которой увидела силуэт, однако там уже никого нет. Какого черта?
Выбравшись из бассейна, я быстрым шагом иду к раздевалке. Десмонд предупреждал, что во многих помещениях есть панель безопасности, подключенная к системе охраны здания. Я заметила одну из них на стене, когда переодевалась.
Продолжая прислушиваться к посторонним звукам, я захожу в женскую раздевалку и приближаюсь к своему шкафчику. Открыв дверцу, я стягиваю с себя мокрый купальник вместе с шапочкой и обматываюсь полотенцем. Затем лихорадочно ищу свои трусики среди одежды, но не могу найти их.
— Проклятье! — выдыхаю я.
Я улавливаю вибрацию от своего телефона и, схватив его, читаю новое сообщение:
Неизвестный номер: Я немного волновался, когда ты чуть не захлебнулась водой. Детка, лучше бы ты подавилась моим членом.
— Я лучше откушу его, — сквозь стиснутые зубы шепчу я.
Лихорадочно продолжаю поиски своего белья, но только они оказываются напрасными. Мне так и не удается найти трусики. В досаде я хватаю гольфы, и в этот момент раздается звук шагов со стороны выхода. Я оборачиваюсь, и пронзительный крик застревает в горле.
Что он здесь делает?
— Кэш? — выдыхаю я, замерев от шока.
Стоя передо мной в академической форме, Кэш прищуривается, скользя взглядом по моему телу. Один из уголков его рта дергается в ухмылке:
— Ты не их случайно ищешь?
Продолжая в упор смотреть на меня, он засовывает руку в карман пиджака и вынимает оттуда мои трусики.
— Они такие милые, — продолжает он, и его глаза сверкают озорством. — Нежно-голубые и с маленьким бантиком. Прости, Жасмин, я не мог устоять.
Кэш прячет мое белье обратно в карман, и за несколько секунд страх внутри меня превращается в лютый гнев. Скрестив руки на груди, которую едва прикрывает полотенце, я хмуро смотрю на Кэша.
Остаться с ним один на один в пустой раздевалке — не самое лучшее решение, но я заставляю себя замереть на месте, а не выскочить с визгом отсюда. Что-то мне подсказывает, что попытка побега равносильна тому, как тушить пожар бензином: Кэш еще извращеннее станет надо мной издеваться.
— Это не смешно, — огрызаюсь я. — Верни мое белье и проваливай!
— О, Жасмин, — он облизывает губы. — Если бы ты знала, как на меня действует подобный тон, ты бы не была такой смелой.
Кэш делает шаг навстречу, заставив меня отступить. Мой взгляд судорожно мечется от его ухмыляющегося лица к панели системы охраны.
— Можешь попробовать, — с вызовом бросает он. — Когда сотрудники
