Читем онлайн Мы больше не ваши обезьяны! Как миллионы людей погибли в Африке, а мир этого не заметил. С 1945 года до наших дней - Иван Игоревич Мизеров

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
Бельгийского Конго. Страшная, кровавая, безотрадная, она вызвала и соответствующую реакцию в мире. О конголезских ужасах говорили знаменитости тех времен, о них писали выдающиеся авторы, однозначно и строго осуждало варварство и жестокость бельгийцев общественное мнение Европы. Наконец дело дошло до того, что, пользуясь этим, более крупные империалистические державы стали оказывать на Бельгию давление. Не проведи та ряд реформ – и англичане, французы или немцы вполне могли, прикрывшись как предлогом всеобщим возмущением, отобрать громадные конголезские пространства у маленького королевства. Практически не было таких случаев, чтобы кто-либо изначально объявил: мы, высшая раса, прибыли туда-то, чтобы воспользоваться всеми ресурсами, которые может предоставить эта местность, в том числе трудовыми, ради собственного блага. На словах все как одна колониальные державы пеклись о просвещении и развитии своих подопечных территорий. Понятно, что истинная подоплека колониализма была иной, но когда расхождение провозглашаемого и реального становилось слишком уж очевидным, то могли возникнуть проблемы, причем не только на местах, но и в отношениях с другими развитыми государствами. Сейчас до того, что в Конго погибло 5 миллионов человек, никому нет дела. И нет никаких ответственных за то, что произошла такая вот неприятная неожиданность, как война, кроме местных полевых командиров, а также дурной кармы и положения звезд на небе.

Есть и другие заметные «плюсы». При колониализме вы – организатор жизни колонии. Вы строите инфраструктуру, содержите колониальные войска, боретесь с национально-освободительными движениями. Последние периодически возникают неизбежно: по экономическим причинам вам нужно иметь определенный процент образованного слоя среди местных. Если у вас не режим жесткого апартеида, который автоматически обостряет ситуацию, то эти люди, по крайней мере часть из них, имеют возможность пройти обучение в ваших ведущих университетах, а выйдя оттуда, оказываются достаточно сознательными, чтобы возглавить борьбу за равноправие, готовую в любой момент перерасти в битву за независимость. Вы сооружаете сложную систему взаимоотношений с региональными элитами. Дифференцированно подходите к вопросу о степени вмешательства в жизнь местных общин. Адаптируете свои институты под ту или иную специфику. Тратите средства на борьбу с теми социальными язвами, которые дестабилизируют выстроенную вами систему: от кастовой структуры общества и до инфекционных заболеваний. В общем – масса издержек и сложностей.

А в неоколониализме ничего этого делать не нужно! Вы не несете никакой ответственности за то, что происходит в стране, для которой являетесь экономическим патроном. Они независимы. Любые договоры заключаются по обоюдному согласию формально равноправных сторон. Низкий уровень жизни? Жестокое социальное расслоение? Безработица? Вы тут совершенно ни при чем! Дороги и мосты, портовые краны и грузовые терминалы строятся теперь либо вашими, с позволения сказать, партнерами, самостоятельно и на свои деньги, либо на ваши, но выданные в виде кредита и под процент, который рано или поздно вернется к вам. Или же, если рассчитываться заемщику нечем, это станет надежным поводом для вмешательства, а также заставит правительство неоколонии идти вам навстречу в самых разных политических и экономических вопросах. В единой колониальной империи общая ценовая политика. При неоколониализме разные страны еще и конкурируют между собой за право встроиться в систему на ваших условиях, демпингуют, снижают издержки для ведения бизнеса в погоне за инвестициями. Насколько все упростилось! Зачастую вам даже не нужно заполнять рынок реальными товарами, которые кто-то действительно будет покупать. Достаточно вбросить деньги – и на них же в конечном счете за вас будет построена необходимая для организации широкого экспорта ресурсов инфраструктура.

Но что, если кто-то откажется действовать по вашим правилам? Не пожелает входить в игру под названием «международная торговля и глобальная экономика» на условиях, которые ему диктуют? О, все очень просто! Можно выделить три «защитных контура», если угодно их так называть.

Первый – зависимость элит. И отбор внутри них. Парадоксально, но факт: в колониальной империи метрополия, хочет она того или нет, понемногу воспитывает для своих колоний национальную элиту. Мохандас Карамчанд Ганди, позднее известный как Махатма, получил юридическое образование в Лондоне, а первый опыт борьбы за права индийских рабочих приобрел в британской Южной Африке. Джавахарлал Неру – выпускник Кембриджа. Отец-основатель Пакистана Мухаммед Али Джинна тоже учился на Альбионе. Вождь Вьетминя Хо Ши Мин сделал свои первые шаги в сфере политики, проживая в Париже. И именно в ряды Французской коммунистической партии он вступил в 1920 году. При неоколониализме, напротив, стремящиеся интегрироваться в глобальный истеблишмент местечковые элиты стремительно сбрасывают с себя национальные одежды. Они умудряются даже чисто хронологически проводить больше времени не у себя на родине, а за ее пределами. И это логично, ведь при неоколониализме благосостояние – как их персональное, так и эксплуатируемой страны – зависит от привлечения инвестиций и увеличения объемом экспорта. Для этой цели нужно обзаводиться внешними связями, активно и деятельно предлагать себя на рынке. В то же время уровень жизни и потребления в странах первого мира много выше, а рисков – при условии лояльности крупным игрокам, решительно никаких. Если на родине нужно блюсти приличия, иначе разъяренный народ может прихватить за причинное место, то в заморских краях хоть умучай себя гедонизмом: если все происходит без шумных скандалов и явных нарушений закона, то никто тебе слова не скажет. Более молодая генерация элиты следует тем же путем за прежней, попутно еще сильнее отрываясь от корней. Она не в своей стране учится, одевается, кутит, знакомится и влюбляется. Нет. Она вращается среди «белых людей». И посмеивается, упиваясь своим превосходством, над диковатыми соотечественниками, оставшимися в банановой республике, которую этой молодой поросли в свой черед предстоит унаследовать. Поскольку бизнес-проект в отличие от государства – это собственность, которую можно взять и передать, а власть в бананалендах – даже та, что оставлена на долю аборигенов господами неоколониалистами – принадлежит отнюдь не гласным органам управления.

Кто из этой элиты должен вдруг почувствовать в себе зов крови и волю к борьбе? С чего и зачем, если вся прежняя их идентичность как раз выстраивалась вокруг своей непохожести на «простоватых» сограждан? Новому человеку выиграть выборы? Без денег? Без связей? О таком персонаже просто никто и не узнает. Либо его могут отправить в тюрьму. Выставить маргиналом. Не зарегистрировать. Украсть у него голоса. Причем наш гипотетический ниспровергатель устоев вполне может догадываться о том, с какой силой в конечном итоге борется, даже делать на этом упор в своей агитации. Но наиболее ожесточенное сопротивление ему пока будут оказывать вовсе не акулы империализма, а местные, «свои». Которые тут как раз с готовностью отказываются от всякого лоска цивилизации, ибо с дикарями джентльменские правила игры применять никак нельзя – им это поведал по большому секрету их лучший друг белый сахиб во время деловой встречи

На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Мы больше не ваши обезьяны! Как миллионы людей погибли в Африке, а мир этого не заметил. С 1945 года до наших дней - Иван Игоревич Мизеров бесплатно.
Похожие на Мы больше не ваши обезьяны! Как миллионы людей погибли в Африке, а мир этого не заметил. С 1945 года до наших дней - Иван Игоревич Мизеров книги

Оставить комментарий