Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— А ты старых устоев и считаешь, что до свадьбы ни-ни? — наклоняю голову и хлопаю глазками, возвращаясь в образ блондинки. Тем временем блузка расстегнута и мой белый гладкий бюстгальтер, уверенно поддерживающий твердую четверку, теперь светит неоном в полумраке.
Хромов шумно выдыхает, зарываясь одной рукой в волосы, и отворачивается. Я делаю несколько шагов на цыпочках в сторону шкафа, на ходу расстегиваю молнию на юбке, снова появляясь в зоне видимости скота. Знаю, что он не отрывает от меня взгляд, чувствую это своей кожей, каждым волоском на своей голове и теплым пятном в районе поясницы. Позволяю юбке упасть к ногам, оставаясь в колготках и распахнутой блузке до середины бедра. Тянусь до верхней полки за пижамой и ощущаю, что пространство вокруг меня изменилось — стало гуще, тяжелее, более теплым.
Руки Ильи ложатся на мои бедра, поглаживая их вверх-вниз, сжимая и отпуская. Я отклоняюсь назад, опираясь на его торс. Я знаю, я помню, как он любит эту позицию, он фанат задних видов. И я позволяю ему насладиться, получить свою долю удовольствия, потому что дальше все будет только для меня. Здоровой рукой обхватываю его за шею, заставляя наклониться и прикоснуться губами к шее. Он дышит так громко, что в моей голове смешиваются звуки его дыхания с биением собственного сердца. Я не должна расслабляться, должна помнить, кто рядом со мной и зачем я это делаю, но влечение оказывается такой силы, что, уверена, глобальное потепление уже размораживает вековые ледники.
— Завтра ты будешь снова меня ненавидеть, да, Мандаринка? — его хриплый голос с трудом пробирается в мое поплывшее сознание.
— Да, скот, — без сомнений утверждаю я. — Ещё больше, чем прежде.
Покачиваю бедрами, желая приблизить момент единения, трусь о него как бесстыжая женщина, лишь бы он перешёл уже к активным действиям.
Он снимает с моих плеч рубашку, затем запускает пальцы под капрон и тянет колготки вниз, присаживаясь у моих ног. Я смотрю на него сверху вниз из-под опущенных век и мое сердце разрывается от невозможной гаммы чувств, что меня накрывает. Он стягивает колготки сначала с одной ноги, потом с другой, нежно поглаживая ступни, затем обхватывает обе щиколотки ладонями, широко разведя сильные пальцы, смотрит мне прямо в глаза и начинает движение вверх, очерчивая мои ноги, бедра, талию, грудь. Мы оказываемся лицом друг к другу, дышим одним воздухом, ждём, когда электричество, пробирающее до костей, наберёт обороты, чтобы сжечь нас дотла.
Я тянусь к его губам первая. Но он не позволяет. Закрывает мой рот ладонью, тянется к шкафу и достает мою смешную пижаму с коалами. Натягивает топик прямо на лифчик, а потом снова садится у моих ног, помогая надеть шортики. Нахожусь в прострации, до конца не понимая, что происходит, и просто тупо делаю всё, что он желает. Это новая игра?
Илья ведёт меня к кровати, укладывает, заворачивает в одеяло и крепко прижимает к своей груди. Целует в макушку, глубоко втягивая запах моих волос в свои легкие.
— Осталось два дня, Мандаринка.
Но эти слова, почему-то, больше не вызывают страха. Только томление.
- Мои любимые блондинки - Андрей Малахов - Современная проза
- Жиголо для блондинки - Маша Царева - Современная проза
- Том 2. Летучие мыши. Вальпургиева ночь. Белый доминиканец - Густав Майринк - Классическая проза
- Тернистый путь к dolce vita - Борис Александрович Титов - Русская классическая проза
- Белый Тигр: киносценарии по мотивам романа Ильи Бояшова «Танкист, или „Белый Тигр“ - Карен Шахназаров - Русская современная проза
- Вверх по лестнице, ведущей вниз - Бел Кауфман - Современная проза
- К Тебе тянусь, о Диван мой, к Тебе - Томас Пинчон - Зарубежная классика
- Вершины не спят (Книга 1) - Алим Кешоков - Советская классическая проза
- Вершины не спят (Книга 1) - Алим Кешоков - Советская классическая проза
- Французское завещание - Андрей Макин - Современная проза