Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Таня никогда не испытывала ничего подобного. Ей казалось, что их души теперь связаны навек. И связь эту ничем не разорвать…
Удивительно — но Василий словно прочитал её мысли.
— Знаешь, по-моему, я искал тебя всю жизнь. Жил и думал — чего-то не хватает. А не хватало тебя. — Он заглянул ей в глаза и, улыбаясь, продолжил: — Ты — моё сердце и моя душа. Мы теперь навсегда связаны друг с другом.
Таня замирала, слушая всё это, и если бы люди умели летать, она бы в тот момент обязательно взлетела бы. И закружилась в воздухе от счастья и восторженной первой любви.
Потом Вася делал тот снимок со связанными лентой руками — и сразу после того, как они с Таней насмотрелись на результат, он впервые поцеловал её.
Она целовалась и раньше… но всё было не так. Этот поцелуй словно поставил на ней печать — печать принадлежности именно Василию. Ему Таня отдала и сердце, и душу.
Кто же знал, что пройдёт совсем немного времени — и окажется, что Васе не нужны ни её сердце, ни душа. Несмотря на все его слова. И Таня, словно Русалочка, превратится в морскую пену…
А затем воскреснет. Не ради себя — ради Яси.
- Французское завещание - Андрей Макин - Современная проза
- Семь дней в июне - Тиа Уильямс - Русская классическая проза
- Вершины не спят (Книга 1) - Алим Кешоков - Советская классическая проза
- Аспазия - Автор неизвестен - Историческая проза
- Былое и думы. (Автобиографическое сочинение) - Александр Герцен - Современная проза
- Ступающая по воздуху - Роберт Шнайдер - Современная проза
- Ночевала тучка золотая... - Агния Кузнецова (Маркова) - Советская классическая проза
- Охота на Гитлера - Дмитрий Юрьевич Власенко - О войне / Шпионский детектив / Прочий юмор
- Обида - Ирина Верехтина - Русская классическая проза
- Былое и думы. Эмиграция - Александр Иванович Герцен - Биографии и Мемуары / Классическая проза / Русская классическая проза