Форма входа
Читем онлайн Вельяминовы. Начало пути. Книга 2 - Нелли Шульман
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
Он заставил себя терпеть, и, вскинув взгляд, ощутив на лице тепло полуденного солнца, вспомнил, как показывал Констанце вечернее небо. «Когда-нибудь мы будем больше знать о небесных телах, — он глубоко, мучительно вздохнул, хотя сквозь забитый тряпками рот, это было трудно сделать, — и вернулся к своей мысли. — Да, отец Джованни мне рассказывал про это новое изобретение — подзорную трубу. Если бы у меня было время, как следует, заняться оптикой… Я написал девочке — у нее хорошая голова, моя дочь, пусть продолжает мое дело. С математикой у нее отлично, Филиппо тоже быстро все схватывал. А Филиппо был похож на Констанцу, светловолосый, и глаза у него были голубые. Девочка в меня, конечно».
Огонь уже пылал, цепь раскалилась до красноты, и Джордано, закрыв глаза, увидел ее. «Где же это было? Да, как раз, когда мы шли отсюда в Германию, под Авиньоном где-то, уже весной. Она вдруг сказала: «Подожди», сбросила туфли и побежала прямо в поле. Цвела лаванда, и она стояла там, распустив косы, в этом ее сером платьице. Я тогда взял ее на руки, и она сказала: «Господи, Джордано, счастливей меня никого на свете нет».
Констанца была рядом — он увидел ее серовато-голубые, прозрачные, глаза. Она наклонилась, и, поцеловав его, сказала: «Отдохни, любимый, ты же устал». У нее было мягкое, прохладное плечо и Джордано, вдыхая запах ее волос, еще успел обнять ее — и, закрыв глаза, погрузился в сон.
— Жаль, что ему так и не вынули кляп, — сказал синьор Алессандро, облизывая пальцы. «Мне нравится, когда они просят пощады. Очень вкусный крем, синьора Полина, вы должны дать моей жене рецепт».
— Непременно, — улыбнулась женщина.
Серые глаза Франческо блеснули сталью и он заметил: «С кляпом лучше, синьор Алессандро, тогда они не выкрикивают всякие ереси, все же тут простонародье, не след, чтобы они это слушали. Ну, что, господа, — он обернулся к гостям, — раз его Святейшество разрешил нам кофе, то синьора Полина сейчас его сварит, а я открою бутылку граппы.
— Конечно, — Полина стояла у перил балкона, вглядываясь в инквизиторов, которые поднимались со своих мест. Высокий, очень красивый священник, с простым медным крестиком на шее, внезапно вскинул глаза, и посмотрел на нее.
«Какое лицо знакомое, — подумал Джованни. «На кого-то она похожа, не могу понять — на кого. Все же ужасная эта манера — наслаждаться видом смерти, совсем как в языческом Риме. Господи, да настанет ли то время, когда человечество откажется от казней?»
— Ну что, — один из кардиналов похлопал его по плечу, — все прошло прекрасно, святой отец.
Не зря его Святейшество считает вас отличным организатором, надеюсь, что и в Гоа с вашим приездом все обустроится так, как надо.
— Я просто выполняю свой долг, — улыбнулся Джованни, посмотрев на обугленный, скорчившийся у столба труп.
Джованни оперся о перила моста и взглянул на крыши родного города. «Жалко будет уезжать, — подумал он. «И вообще, мне скоро шестьдесят, пора уже с этим заканчивать. Как раз в Гоа все Хосе и расскажу — он уже большой мальчик, поймет. Там море, джунгли — легко будет придумать, как исчезнуть. И все. Осяду где-нибудь в Англии, в деревне, Хосе пусть будет хирургом, женится, внуки у меня появятся — хоть приемные, но все равно. А я буду читать, и возиться в огороде — как тогда, в монастыре».
— Закат сегодня красивый, — раздался сзади тихий, знакомый голос.
Джованни, с высоты своего роста увидел седину в белокурых волосах и вдруг спросил: «Вам сколько лет, синьор Франческо?».
— Сорок четыре, — вздохнул тот.
— Да, — святой отец помолчал. «Знаете, — он улыбнулся, — если бы я не был тем, кто я есть, и был бы я женат — я сегодня бы свою жену из постели не выпускал. Хочется…, - он осекся.
— Жизни, да, — Франческо принял письмо и, повертев его, проговорил: «Все будет в порядке.
Пепел мы тоже соберем. Вы когда в Чивитавеккью?»
— Послезавтра, — Испанец сцепил пальцы. «Оттуда в Кадис, и — в Индию. Про человека там я понял, встречусь с ним».
— С ней, — поправил его Франческо.
Испанец усмехнулся. «Не то, чтобы мне это было важно. Вы вот что, передайте там, куда надо — из Гоа я исчезну. Ну, там, несчастный случай, сами понимаете. Куда в Лондоне приходить, — я знаю, появлюсь там. Рано или поздно, — добавил священник.
— Жаль, — вздохнул его собеседник.
— Доживете до моих лет, — сварливо ответил Испанец, — поймете. Все, — он протянул руку, — берегите себя тут, не лезьте, как говорится, на рожон.
Мужчины рассмеялись и Франческо попросил: «Благословите меня на прощанье, а? Был бы я католиком — не желал бы лучшего пастыря».
— Был бы я католиком, — улыбнулся святой отец, — тоже. Ну да ладно, — он чуть подтолкнул Франческо, — иди, мальчик, и помни, что сказано: «Выбери жизнь, дабы продлились дни твои на земле».
На Площадь Цветов уже спускалась ночь, когда охранник, стоявший у цепей, ограждавших столб, обернулся — какая-то невидная бабенка, в простеньком платье и чепце дергала его за рукав камзола.
— Чего тебе? — лениво спросил он.
— Дитя животом мается, — грустно сказала женщина, с резким акцентом простолюдинки.
«Говорят, если в питье пепел этот, — она кивнула на столб, — добавить, так лучше станет.
Пусти, а? — охранник принял серебряную монетку и зевнул: «Ну, давай быстро, чтобы не увидел тебя никто».
Женщина достала холщовый мешочек, и, взглянув в черное, изуродованное огнем до неузнаваемости лицо, перекрестившись, стала зачерпывать ладонью тяжелые, серые хлопья.
Дома Полли долго оттирала руки, — миндальным мылом, что дядя привез из Флоренции, и, переодевшись, постучала в опочивальню.
— Я тут, — раздался голос мужа.
Фрэнсис лежал на кровати, закинув руки за голову, смотря в лепной потолок. Полли пристроилась рядом и спросила: «А где дядя Мэтью?»
— Ушел пить за Тибр, — усмехнулся Франческо, — сказал, чтобы до завтрашнего вечера его не ждали. Меня с собой звал, но мне с утра в курию. Все удачно?
— Да, — Полли положила голову ему на плечо.
— Донесения готовы, письмо тоже, — Фрэнсис ласково поцеловал ее в высокий, смуглый лоб.
«Твой дядя все заберет и отправит с посольской почтой из Парижа».
— Обними меня, — попросила Полли. Он повернулся, и, глядя в черные, бархатные, глаза, глухо сказал: «Иди ко мне».
Уже потом, когда она рыдала, шепча: «Господи, как я тебя люблю!», Фрэнсис, не в силах оторваться от ее губ, держа ее всю в своих руках, что-то проговорил — тихо, неслышно.
— Да, — сказала Полли, и, ощутив его тепло внутри, повторила, прижимая его к себе, не отпуская, не умея отпустить: «Да!»
Девочка проснулась на исходе ночи, и, выбравшись из большой кровати, устроилась на бархатной подушке. Она подтянула к себе шкатулку, и, открыв ее, пересчитала письма — их было семнадцать. Найдя свою детскую книжку, она приложила ее к щеке и сидела так, чуть раскачиваясь, глядя на слабый зимний рассвет.
— Констанца, — донесся шепот с кровати. «Что случилось?».
Мирьям принесла меховое одеяло, и, сев рядом, накрыла их обоих.
— Я хочу почитать, — сказала Констанца, стирая слезы со щек. «Я хочу почитать письма папы, послушаешь меня, хорошо? Потому что я знаю, — я его больше никогда не увижу. Как ты знала, Мирьям».
Подруга обняла ее, и сказала: «Я тут, я с тобой».
Констанца порылась среди бумаг и, найдя письмо, всхлипнула: «Это первое. Дорогая моя девочка! Давай с тобой немного поговорим о нашем солнце. Солнце — это огромная звезда, вокруг которой вращается несколько планет…
Мирьям держала ее за руку, а Констанца все читала — пока ее голос не ослабел, и она не заплакала — отчаянно, тихо, все еще сжимая в руке письмо.
Часть двенадцатая
Сендай, северная Япония, лето 1600 года
В маленькой, влажной, жаркой комнате пахло кедром. Масато опустился в чистую, горячую воду и, блаженно закрыв глаза, сказал мужчине, что сидел в соседнем фуро: «Вот об этом я мечтал всю дорогу из Эдо, мой уважаемый даймё».
Дате Масамунэ потянулся, зевнул, и, наклонив голову, прислушавшись, ответил: «Люблю, когда летний, крупный дождь шуршит по крыше».
— Осенняя непогода лучше, — Масато раскинул руки. «Сразу хочется сесть у котацу, раскрыть перегородку и смотреть на то, как ветер срывает влажные листья с деревьев».
— Да, — Масамунэ задумался, — алый лист на серых камнях..
Он щелкнул пальцами и слуга поднес перо с чернилами.
Масато закрыл глаза и почувствовал, как из тела уходит усталость. «Господи, — подумал он, — сейчас домой, под бок к Воробышку, и спать. Завтра надо погонять ребят, фехтованием заняться, пострелять из луков, а то распустились тут без меня, наверное. И мушкеты эти новые проверить, что с испанским кораблем привезли».
— Почему ты не пишешь стихи? — поинтересовался даймё, бормоча что-то про себя, перечеркивая строки.
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Вельяминовы. Начало пути. Книга 2 - Нелли Шульман бесплатно.
Похожие на Вельяминовы. Начало пути. Книга 2 - Нелли Шульман книги
- Вельяминовы. За горизонт. Книга 2 - Нелли Шульман - Историческая проза
- Вельяминовы. Начало пути. Книга 1 - Нелли Шульман - Историческая проза
- Вельяминовы. За горизонт. Книга 4 - Нелли Шульман - Историческая проза
- Вельяминовы. Время бури. Книга вторая - Нелли Шульман - Историческая проза
- Вельяминовы. За горизонт. Книга 3 (СИ) - Шульман Нелли - Историческая проза
- Атаман Ермак со товарищи - Борис Алмазов - Историческая проза
- Царские забавы - Евгений Сухов - Историческая проза
- Семилетняя война. Как Россия решала судьбы Европы - Андрей Тимофеевич Болотов - Военное / Историческая проза / О войне
- С Ермаком на Сибирь (сборник) - Петр Краснов - Историческая проза
- Рок. И посох в песках оружие - Юрий Швец - Историческая проза