Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– Итак, что произошло?
А ведь на мгновение забылось... Жаль.
– Да там... ну... эээ... в общем, ничего такого. Просто подрались.
– Просто подрались? – психолог качает головой.
– Ну, да...
– И в классе всё хорошо?
– Да... а что?
– А можете назвать тех, с кем дружите в классе?
– Прямо всех? – вопрос застаёт врасплох.
– Называйте всех, – кротко улыбается Локоть, – я узнаю своих.
– Рома Чайкин, Толя Фурса, Вова Шамшиков, Антон Гапченко, – язык не хочет перечислять Копылова, без которого этим четверым понадобится пятый, и всё вернётся на круги своя.
– С ними я уже беседовал, – Локоть встаёт, глаз тухнет, и на лице проявляются каверны. Психолог роется в столе, заваленном бумагами, – У меня тут разные исследования, которые я вынужден проводить. Так... девятый. Помните, я устраивал опрос, дескать, представьте, что вы отправляетесь в далёкую страну, но с собой можно взять только трёх человек?
Припоминалось легло. Локоть ещё не кусал себя, поэтому над его опросом много и беспощадно смеялись.
– Меня занимало не то, куда вы хотите отправиться, а кто кого возьмёт с собой, – психолог нашёл ворох скреплённых листков, – например Анатолий Фурса взял с собой Романа Чайкина... – далее Локоть подмигнул, посмотрев прямо в глаза, – а также Вову Шамшикова.
Из прошлого протянулась рука дружбы: Толя не позабыл, взял с собой. Пусть путешествие было всего на разлинованной четвертинке, на сердце потеплело. Вспомнилось, что на личном листке, отданном психологу, стояли эти же фамилии. Только в немного ином порядке: Рома, Толя и Вова.
– А вот Шамшиков взял в путешествие, так... Копылова, Гапченко и Чайкина.
Сердце ёкнуло. Уж Шамшиков мог взять с собой. Тем более, осенью, в бархатный сезон.
– У Копылова ожидаемо Шамшиков, Гапченко и... Фурса.
– Фурса!? Почему не Чайкин?
– Давайте оставим это на потом. А вот ответы Гапченко: Шамшиков и... две девочки, не буду называть фамилий. Гм.
Выбор девочек озадачивает психолога. Он не понимает, что это камуфляж.
– Но занимательнее всех Чайкин, не так ли?
Сердце ёкнуло сильнее.
– Он взял в путешествие... Фурсу, Гапченко и... Копылова.
Вот как? Оказывается, ещё до начала всех издевательств никто не думал звать с собой в путешествие. Разве что Фурса... но от этого ещё обиднее, чем от любви некрасивой девочки.
– Разумеется, из одного опроса невозможно вынести сколь бы то верные суждения. Это просто намётки. То, куда надо копать. Чем мы сейчас и займёмся. Скажите, какой из всего этого напрашивается вывод?
– Ну, кто с кем дружит, наверное.
– Верно! Или, точнее, кто в каком порядке дружит. У дружбы есть порядок, представляете? Важно не то, кого берут в путешествие, а в каком порядке. Это как набор в разные команды: лучших выбирают первыми. Самыми последними забирают тех, кто никому не нужен.
Локоть садится спиной к окну. Глаз затягивает поволока. Психолог невесел. Он спрашивает строго, с небольшим нажимом:
– Почему Фурса? Зачем было драться с тем единственным, кто позвал в путешествие? Да ещё на почётном втором месте?
Главное удержаться от слёз.
– Ладно, попробуем иначе, – голос Локтя смягчается, – поймите, я здесь не для того, чтобы кого-то осуждать. Я не часть школы. Оценки, правильные ответы, дисциплина и порицание – школа вдавливает человека в роль отличника, болвана, жертвы или задиры. По-сути это ловушка: эхо, оставшееся после крика учителя, составленное на всю жизнь расписание. Я тот, кто учит обходить его. Меня не интересуют диагнозы. Я хочу
- Пути сообщения - Ксения Буржская - Русская классическая проза / Социально-психологическая
- На блаженном острове коммунизма - Владимир Тендряков - Русская классическая проза
- Кухонный бог и его жена - Эми Тан - Русская классическая проза
- Война и мир - Лев Николаевич Толстой - Разное / Русская классическая проза
- Не верь, не бойся, не проси - Александр Филиппов - Русская классическая проза
- Отцы ваши – где они? Да и пророки, будут ли они вечно жить? - Дэйв Эггерс - Русская классическая проза
- Красное колесо. Узел 1. Август Четырнадцатого. Книга 1 - Александр Солженицын - Русская классическая проза
- Босиком по снегу - Татьяна Пешко - Русская классическая проза
- Жива ли мать - Вигдис Йорт - Русская классическая проза
- Лилечка и золотые груши - Алёна Митрохина - Русская классическая проза