Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Кира тряхнула головой. Какая, блин, засада – только поймала чувство момента, как сама же позволила воспоминаниям себя от него увести. Нужно научиться управлять дрейфующим сознанием, соблюдая при этом некое равновесие – не закрепощаться, анализируя каждый шаг, подобно щепетильной Лиле, но и не впадать в расслабленный, стимулированный химией кайф по примеру Дениса.
– Давайте еще раз все проговорим, – Лиля закончила упорядочивать предметики на полке и теперь желала произвести столь же дотошную ревизию плана. – В двадцать один тридцать спускаем проектор и грузим его в подъезде на платформу. Ту, из «Стройматериалов». В двадцать два ноль-ноль я, Нельсон, Денис и Кира идем к охраннику, который впустит нас в офис «Белой ночи». Парни устанавливают оборудование, после чего Нельсон возвращается к фальшфасаду, где его ждет Глеб. Связь держим в чате. Кира, сколько тебе нужно, чтобы вывести картинку?
– На настройку – минут пятнадцать. Воткнуть в сеть, подключить к ноуту, скорректировать трапецию. Да, где-то так, может и меньше.
– О'кей. Кира настраивает машину и выходит на набережную с фотоаппаратом снимать репортаж. Мы с Денисом запускаем запись, – Лиля подошла к Нельсону и положила анемичную с просинью ладонь ему на плечо (тот слабо поежился от холодка ее касания и накрыл лапку мохнатой дланью, на которой рельефно ветвились вены). – Вы с Глебом занимаете позиции и готовитесь через пять минут после старта видео сдернуть фальшфасад. Лишь бы он действительно сдернулся… Вы уверены?
Нельсон погладил ее по руке.
– Все будет хорошо. Я проверял – он смонтирован на дюбелях прямо на фасаде. Гнезда раскрошены, половина крепежа уже вывалилась и без нас. Не переживай. Небольшого усилия должно хватить.
– И что, дальше я сразу выключаю, как только завеса падет? – обратилась Лиля к Кире.
– Нет! Ждешь две-три минуты. Пускай проекция лупит на здание, чтобы покойного Ленина ремонтировали поверх развалюхи. Ради этих-то кадров все и затевается, можно сказать. Смотри на меня из окна и вырубай, только когда я сделаю вот так, – Кира взметнула сложенные колечком большой и указательный, оттопырив три пальца вверх.
Свободной от ласковых тисков кистью Лиля повторила Кирин жест:
– В это время Нельсон с Глебом бегут к нам. После твоего сигнала мы сворачиваемся, выносим проектор и двигаем всей толпой сюда. Так?
Кира замешкалась. Надо все же обсудить с ними альтернативные концовки этого сценария. Она оттягивала – не хотела стращать.
– Да… Если все пойдет по плану. Нельзя исключать появления ментов. Вероятность невысокая, но и не нулевая. Хочется верить, что обойдется. Акция коротенькая, музыкой мы не орем, дорожное движение, как на Литейном, не перекрываем. Пока кто-то сообразит вызвать полицию, мы уже свалим.
– И ты говоришь об этом только сейчас? Что нам тогда делать? Если они появятся? – ополчилась на нее Лиля, в раздражении откинув за спину косу.
– Спасать проектор, – кротко ответила Кира. – Потому что он чужой и дорогущий.
– Но мы же не сумеем с ним убежать… – пообмякший Денис, мобилизовавшись, вынырнул из синтетического омута. – Он сорок кило весит. Не успеем спустить до тележки. Я в коридоре-то его сдвинуть не могу.
Глеб, до этого в молчании следивший за спором с концентрацией теннисного болельщика, вдруг налег грудью на стол. Остатки чая и кофе в икеевских чашках всколыхнулись, покрыв серые стенки изнутри округлыми темными пленками.
– Поэтому нужно, чтобы все ментовское внимание было обращено не к источнику проекции, а к нам с Нельсоном, – заявил Глеб. – Следовательно, мы должны вести себя как можно активней. А вы затихаритесь. Если для успеха предприятия потребуется переночевать в ОВД, я готов, – он резко выпрямился, точно его позвоночник превратился в стержень.
Сечет, мой хороший, подумала Кира и улыбнулась союзнику, испытав прилив признательности. Счастье, что Глеб сам это предложил.
– Будем действовать по ситуации, – добавил Нельсон, – как-никак, не в первый раз.
– И ты туда же! Вы вообще понимаете, чем это может кончиться? Как далеко ты способен зайти ради этого зала? – запальчиво спросила Лиля. От гнева на ее лбу и шее проступили пятна, напоминавшие алые материки. – Вот, послушайте, – она потыкала в экран телефона, – за мелкое хулиганство, а это, между прочим, самый благоприятный исход, штраф от пятисот до тысячи рублей или арест до пятнадцати суток. Вандализм, то есть осквернение зданий, – звучит похоже, не правда ли? – могут взыскать до сорока тысяч, впаять обязательные работы или посадить до трех месяцев. Трех! Мало вам? Пожалуйста! Наша невинная шалость с Лениным вполне тянет на надругательство над телами умерших. Вдобавок политически мотивированное. Знаете, что это? – она сорвалась на крик. – Экстремизм!
– Не говори ерунды, – ответил Глеб с какой-то внятной твердостью в голосе. – Если уж кто здесь и глумится над покойником, так это ученые из лаборатории, да простит меня Денис. Обвинение в экстремизме – инструмент, который используют под весьма определенные задачи, поверь мне. Избавиться от неугодных. Или для острастки. Что касается вандализма, мы же самому зданию ущерб не наносим. А срыв драного фальшфасада – всего лишь незначительное повреждение имущества. Я даже не уверен, что компания, которая десять лет тому назад его повесила, еще жива.
Вразумить Лилю у Глеба не получилось.
– А ты что, юрист? При всем уважении к твоей гражданской многоопытности – нет.
После эдакого щелбана Глеб приуныл, и не он один. Лилины речи расшатали настрой группы, словно они очутились в суденышке посреди штормящего озера, а она внезапно принялась раскачивать лодку за борта. Нельсон с натугой поднялся. Чемодан, служивший ему табуретом, беззвучно упал на ворсистый ковер и раскрылся рваным шелковым подкладом цвета пшеничного поля.
– Пойдем, я покурю. А ты постой со мной, пожалуйста, – позвал он Лилю.
Она не стала противиться. Денис собрался было стечь с подоконника и последовать за ними, но Кира ухватила его за капюшон толстовки и зыркнула – потом покуришь.
За то время, что пара провела на лестнице, Нельсон, наверное, мог бы спалить полпачки сигарет. Что сделал с Лилей – загадка, но, когда они пробрались мимо проектора обратно в комнату, та ощутимо подуспокоилась. Нельсон держался позади и, как бы слегка навалившись, обнимал ее за плечи. Кира со стороны чувствовала, насколько умиротворяюще воздействовала на Лилю эта мужская защита. Самой бы девочке обрести устойчивость, не зависеть так от его влияния.
– Пора начинать, – сказал Глеб, впрягаясь в оранжевый жилет.
* * *– Когда за вами подыматься? Полчаса хватит? – охранник нажал на выключатель.
Ртутные лампы, мигая и потренькивая, занялись, а потом, ровно загудев, осветили куцую меблировку офиса «Белой ночи». Кира зажмурилась – от режущего люминесцентного огня в глазах вспыхнули двойные черточки.
– Должно хватить. Да нам свет не нужен, вырубайте, мы с телефонами. Еще заметят с улицы. Ребят, тащите аппарат к окну. А вам-то зачем бегать туда-сюда? – проморгавшись, спросила она сторожа. – Лучше ключик оставьте, мы все за собой уберем и аккуратно закроем. Никуда не денемся. Мимо вас и мышь не проскочит.
Зардевшийся вахтер выпятил желейное пузо.
– Мышь не мышь, но с этой бандурой от меня не скроетесь. Красть тут нечего… Ладно, буду внизу. Полюбуюсь на ваше представление. Ни пуха, парень, – он напутственно огрел Дениса промеж лопаток, выбив ему из легких воздух.
– К черту… – ошарашенно бормотнул тот. Дождался, чтобы лифт увез охранника с Глебом и Нельсоном на первый этаж, и посмотрел на Киру. – И вправду ведь ждет романтики. Весь в предвкушении. Что будет, когда вместо предложения руки и сердца он увидит зомби-ролик про Ленина?
Вопрос резонный. Сам вахтер вряд ли доставит им серьезные неприятности – ну повопит, подолбится в дверь, ничего страшного. Киру заботило вот что – Денис с Лилей без нее могут запаниковать и выключить проекцию раньше положенного. Чтобы этого не произошло, нужен какой угодно, хотя бы плохонький план действий. До чего же людям это важно. Тем, кто не способен соображать на ходу.
– Короче, после того как я уйду снимать, запри за мной дверь, – начальственно проинструктировала Дениса Кира. – Когда охранник станет к вам ломиться, скажи ему, что тебя подставили. Подменили ролик. Ревнивый соперник или что-то в таком духе. Да-да, знаю, что бред, но может, и купится. Если нет, пока он это переварит, выиграете время. А полицией пригрозит – напомните про взятку, понаглее. Охолонет маленько. Все, надо работать.
- Дорога в счастье - Анна Владиславовна Николаева - Психология / Русская классическая проза
- Крылья ужаса. Рассказы - Юрий Витальевич Мамлеев - Русская классическая проза
- Автоматические записи Вл. Соловьева - Георгий Чулков - Русская классическая проза
- Конца Начало - О. С. Байбуз - Русская классическая проза
- Дом. Байгильдинские сказки - Алсу Флюровна Исмагилова - Классическая проза / Русская классическая проза
- Линия сердца - Марина Александровна Снежная - Короткие любовные романы / Русская классическая проза
- Мой дом – твои объятия - Вусала Джамаль - Короткие любовные романы / Русская классическая проза
- Израиль – точка схода - Александр Данилович Надеждин - Путешествия и география / Русская классическая проза / Науки: разное
- Русский диссонанс. От Топорова и Уэльбека до Робины Куртин: беседы и прочтения, эссе, статьи, рецензии, интервью-рокировки, фишки - Наталья Федоровна Рубанова - Русская классическая проза
- Алиса в Стране чудес. Алиса в Зазеркалье. Охота на Крысь. Перевод Юрия Лифшица - Льюис Кэрролл - Русская классическая проза