— Патриарха-праотца? Это значит одного из первых из клана иудейских жрецов?! — смекнул Стас.
— Я рад, что вы начинаете понимать суть, — отметил Сэнсэй.
Николай Андреевич усмехнулся и проговорил:
— Как-то мне пришлось столкнуться с весьма любопытным вопросом. Искал одну страну в энциклопедическом справочнике о государствах, и случайно на глаза попалась информация за Израиль. Так вот, исторический очерк об этой стране и её землях начинается с того, что «около 2 000 года до новой эры Авраам, праотец еврейского народа пришел в Палестину из Месопотамии». А о Палестине вообще ни слова. Так, лишь маленькая пометка цифрой на карте Израиля: «Палестинские территории». И всё! Меня удивило, что там даже намёка не было на то, кто населял Палестину до этого. А, насколько мне известно, на тех землях находилось одно из древних государств.
— Ну что ты хотел, — пожал плечами Сэнсэй. — История для масс, к сожалению, в большинстве своих «фактов» фаршируется на кухне мировой политики и подается этими «поварами» на блюде с прикрасами, так сказать в форме «общепринятых исторических концепций».
— Да уж, однако, мастера они на подобные блюда!
— Что-то я не совсем понял. Так кем был Авраам, одним из первых из клана иудейских жрецов или же просветлённым учеником Иисуса? — спросил Костик, пытаясь разобраться. — Сэнсэй, ты когда-то нам рассказывал…
Андрей нетерпеливо прервал его:
— Когда-то это когда?
— Ну, помнишь, к нам на тренировку сектанты какие-то приходили…
— А-а-а, — протянул Андрей. — Это когда их парень-журналист искал встречи с Сэнсэем?
— Да, — кивнул Костик и вновь обратился к Сэнсэю. — Тогда ещё речь зашла о Магомете. И ты, Сэнсэй, рассказывал, что архангел Джабраил перенёс Магомета в пространстве и времени в город Иерусалим, где устроил встречу с Иссой и его просветлёнными учениками Авраамом и Моисеем.
— Совершенно верно, — подтвердил Сэнсэй. — Так гласит легенда. Но легенда и подлинная история — это несколько разные вещи… В свете религии из Авраама сделали «патриарха», «праотца», «проповедника веры», даже своего рода «мученика». В общем легендарную, полумифическую личность, которая якобы заключила с самим богом Яхве «завет вечный», утвердив, что наследниками прав и обязанностей этого «завета» будут потомки Авраама, рождённые от его жены Сары, и знаком «завета» будет для верующих обрезание всех младенцев мужского пола. Но если отбросить весь религиозный покров и преувеличения, то образ Авраама для поклонения верующих был сотворён не на пустом месте.
Действительно, в XVIII веке до новой эры (а не «около XX века до новой эры», как пытаются это преподнести сейчас), жил такой человек по имени «’a-bu-ra-mu». Это месопотамское имя, характерное на те времена. В еврейском варианте оно звучало как «’abraham», которое трансформировалось в известное вам имя Авраам, путём добавления к имени «Аврам», состоящего из двух слогов, дополнительного слога из религиозных соображений. Так вот, Аврам был уроженцем города Ур в Южной Месопотамии (на юге современного Ирака), то есть места, где когда-то давным-давно существовала шумерская цивилизация, пока шумеров так «тихо и мирно» не завоевали северные соседи кочевники семиты-аккадцы, переняв на свой лад их культуру. В Библии этот город величают как Ур Халдейский. Хотя, замечу, что слово «Халдейский» прикрепилось к городу только в VII веке до новой эры, когда этот город стал входить в состав Халдейского царства или же, как его ещё называли Ново-Вавилонского царства, просуществовавшего с 626 года до нашей эры до 539 года до нашей эры, пока его не захватили персы.
Древний город Ур (основанный ещё шумерами) располагался недалеко от Вавилона. Во времена жизни Аврама это был один из религиозных центров. Кстати, до сих пор сохранился огромный «зиккурат» Ура (культовое сооружение, построенное в виде своеобразной усеченной ступенчатой башни-пирамиды с храмом на вершине). На те времена, впрочем, как и сейчас, религия была тесно связана с политикой. И надо отметить, что это были времена политических перемен. Именно тогда Вавилон начал набирать силу и туда стал перемещаться политический центр Двуречья. До этого же Ур по своему политическому и торговому влиянию (а в том регионе он являлся одним из центров индийской и аравийской торговли) был более значимым городом, чем Вавилон. И представлял собой одну из опор Архонтов.
— Опор? В каком смысле? — не понял Андрей.
— Имейте терпение. Чуть позже я вам об этом расскажу … Отец Аврама — Фарра (Терах) был местным жрецом (позже иудеи назовут его и «ваятелем идолов», и «идолопоклонником»), который соединял в своих руках духовные и светские полномочия. И как учёный жрец, неплохо владел астрологией, астрономией, математикой, и естественно, грамматикой. Эти же знания он передал и своим детям. Фарра был одним из немногих богатых жрецов, которые были напрямую связаны с кругом Архонтов, то есть теми, кто пытался скрыто управлять, скажем так, «международной политикой», манипулируя власть имущими людьми. Тайная принадлежность к этому клану переходила от отца к сыну, то есть только по мужской линии. Так вот, именно Фарра, которому был поручен контроль над построением «новых опор» в указанных Архонтами регионах, с договоренностью о последующем влиянии в них потомства Фарры, и послал своего сына Аврама в Ханаан.
— Да, далеко он его послал, — сочувственно изрёк Женька.
Сэнсэй лишь улыбнулся вместе со старшими ребятами и продолжил:
— В «Ханаане», как этот регион (охватывающий тогда в том числе и территории Палестины) называли евреи, располагались города-государства одной из древнейших цивилизаций, расцвет которой приходился на времена существования шумерской цивилизации. Я подчёркиваю, что там располагались именно цивилизованные города-государства, а не просто земля, в которой как сейчас пытаются доказать, «осели племена ханаанеев, занимающиеся земледелием». И местный народ, проживавший в этих землях, по своему прямому родству уж точно никак не был связан с еврейским племенем, как преподносится это в ветхозаветных легендах: «с внуком Ноя и сыном Хама — Ханааном», от потомства которого якобы и произошли ханаанеи. Еврейские жрецы, писавшие «Ветхий завет», всего лишь подменили корень.
— Древняя цивилизация на территории Палестины времён шумер? А почему о ней до сих пор нет никакой информации? — изумился Николай Андреевич.
— А ты посмотри по карте, под чьим контролем эти территории. Сам же читал, с чего начинается исторический очерк об этих землях. Ты думаешь, потомкам еврейских жрецов выгодно оголять то, что тут было до них? Наоборот, они всячески привязывают свой народ к этим землям, потому что это выгодно, в первую очередь, им. Они навязывают утверждение, что древние иудеи принадлежали к группе западносемитских народов, населявших с IV–III тысячелетие до новой эры Сирию, Финикию, Палестину. Хотя на самом деле в те времена племя, из которого вышел этот народ, кочевало в северо, северо-западных областях граничащих с Месопотамией. Но кому сейчас нужна эта правда?
Николай Андреевич усмехнулся.
— Да уж чем больше живу на этом свете, тем больше убеждаюсь, что наука, как преданный пёс, хоть и идёт впереди своего хозяина — Политики, да всё равно на коротком поводке и в наморднике.
— А зачем Архонтам понадобился этот Хана…, короче говоря, этот регион? — поинтересовался Андрей.
— Этот регион был особо значимым в древнем мире. Фактически он находится на стыке Африки, Азии и Европы, соответственно, и основных сухопутных торговых путей, связывающих древние государства этих частей света. Это было золотое перекрестье торговых путей.
— Хм, перекрестье торговых путей? Как я это упустил из виду, — озадаченно проговорил Володя. — Теперь понятно. Торговля — это доход. А большая торговля — это большой доход. Контроль над ней — это власть и влияние.
— Совершенно верно. Это политика… Так вот Аврам пошел туда вместе со своей семьей, племянником Лотом, со своим богатым имуществом, многочисленными людьми, рабами, скотом. И тихо, но далеко не всегда мирно, пытался утвердить своё влияние в этом регионе, как облагорожено напишут потом, вёл там жизнь «патриархального главы рода скотоводов-кочевников».
— Похоже на «разведку боем», — не без улыбки прокомментировал Володя.
— Почти… Позже, в религиозной версии, такой внезапный поход Авраама станут мотивировать доверием и преданностью божеству, которое потребовало от него, как пишется в «Бытии» (12-1): идти «в землю, которую я укажу тебе». Приукрасят легендами о поиске избранника Яхве — Авраама высшего и самого сильного начала в мире стихий и конечному его убеждению, в свете высоко духовных истин, что всё имеет свой предел, кроме бога-творца.
— Вполне убедительно, — пожав плечами, проговорил Николай Андреевич.
