Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Караван снова тронулся, но теперь он напоминал ощетинившегося ежа. В степи главная опасность — не увидеть врага вовремя. Тут пространства столько, что можно спрятать полчище всадников в одной балке, а можно потеряться самому, свернув не туда.
Три дня мы шли по Дикому Полю. Степь казалась пустой, вымершей. Только ветер гулял в гривах да жаворонки заливались в вышине, невидимые глазу. Но эта пустота была обманчивой, тревожной. Я кожей чувствовал на себе чей-то взгляд. Степь смотрела на нас тысячами глаз — сусликов, лис, волков… и, возможно, кого-то похуже.
На четвёртый день, когда солнце начало клониться к закату, окрашивая небо в багровые тона, Бугай, идущий на правом фланге, вдруг поднял руку.
Он не кричал, не махал шапкой. Просто поднял сжатый кулак и замер.
Сигнал пальцами «Вижу движение».
Я натянул поводья, останавливая Гнедого. Сердце тут же начало отбивать боевой ритм. Спокойно. Без паники.
Полез в седельную суму. Пальцы нащупали прохладную латунь. Подзорная труба — подарок Елизаветы. Дорогая игрушка, венецианская работа, стёкла чистые, как слеза младенца. В XVII веке такая вещь стоила как две хорошие лошади.
Я раздвинул колена трубы, приложил к глазу, ловя фокус.
Мир прыгнул мне навстречу. Дрожащее марево горизонта обрело чёткость.
Всадники.
Пять… нет, шесть фигур. Они шли параллельным курсом, верстах в трёх от нас. Далеко. Слишком далеко, чтобы разглядеть лица или, узоры на щитах. Но посадку я узнал сразу.
Они сидели в сёдлах не как московские рейтары или стрельцы — прямо и чопорно. Они словно сливались с конями, ехали чуть сгорбившись, расслабленно, но готовые в миг распрямиться пружиной.
Татары? Или донские воровские казаки, решившие пощупать жирный купеческий караван?
— Что там, есаул? — спросил Фрол, старший охраны Елизаветы, подъезжая ко мне. Голос у него был напряжённый, рука лежала на пистоле.
— Гости, — процедил я, не отрываясь от окуляра. — Шесть голов.
— Атакуют?
— Нет. Пасут.
Всадники не приближались. Они шли ровно, шаг в шаг с нами, словно тени. Изучали. Вероятно, они считали количество наших телег и прикидывали, сколько у нас может быть пищалей.
— Строй сжать! — скомандовал я, убирая трубу. — Фитили раздуть, полки открыть! Осторожно рядом с порохом! Идём прежним курсом, но держим ухо востро. Если дёрнутся в нашу сторону — бьём залпом, не подпуская.
Мы шли ещё пару часов.
Нервы натянулись, как тетива лука. Возчики жались к телегам, испуганно, затравленно озираясь по сторонам. Охрана ощетинилась стволами. Я чувствовал, как по спине течёт холодный пот, несмотря на прохладный вечер. Шесть всадников — это не угроза для двадцати с лишним вооружённых мужиков.
Но это может быть лишь передовой дозор большой орды…
Глава 9
Однако…
… горизонт оставался чистым. Никаких клубов пыли, никаких сигнальных костров.
Вскоре, когда солнце коснулось земли, всадники вдруг синхронно развернули коней и рысью ушли за пологий холм. Исчезли так же внезапно, как и появились.
Я выдохнул, но пальцы на поводьях разжал не сразу.
— Ушли? — спросил Бугай, возвращаясь в строй.
— Ушли. Решили, что мы им не по зубам. Или пошли за подмогой. Или на доклад.
Ермолай с группой тоже вернулись в строй.
Вечером мы встали лагерем в излучине пересохшей речки. Место удобное — с трёх сторон прикрыто оврагом, с четвёртой выставили телеги.
Ночи в степи по весне ещё дышат холодом. Земля, не прогревшаяся за день, отдаёт стылую сырость, пробирающую до костей. Приходилось жечь большие костры — кизяк и плавник, собранный по берегам, горели жарко, но дымно.
Я сидел у огня, закутавшись в тулуп, смотрел на пляшущие языки пламени и размышлял.
Жизнь непредсказуема — я снова и снова возвращался к этой мысли.
Ещё недавно я сидел в своём Тихоновском остроге простым казаком. Потом проявил себя и стал есаулом, вторым человеком после атамана, зная каждый частокол, каждый саманный кирпич, каждого казака по имени. Там всё стало понятно: враг — степь, служба — караул, жизнь — как заведено.
А потом Москва. Приказы, боярские интриги, грязные переулки. Там меня пытались давить, как клопа. Чужой город, чужие люди, чужие правила.
И всё же я выстоял, снова заслужил уважение сильных мира сего.
Теперь вот я сижу посреди Дикого Поля. За моей спиной обоз — порох, свинец, ядра, пушки. Хватит, чтобы разнести крепость или поднять на дыбы половину степи.
И люди.
Десятки суровых мужиков. Кто-то из них старше меня дорогами и драками. Поначалу был скепсис. И всё же теперь все смотрят на меня, ждут, куда я поверну поводья. Полагаются на мои решения.
Я не покупал их серебром. Я купил их уверенностью. Тем, что знаю, что делаю и куда веду. Тем, что доведу. В степи этого более чем достаточно.
Бугай подсел рядом, протягивая руки к огню. Его лицо, грубое, обветренное, в отсветах пламени казалось высеченным из камня.
— Батя, — прогудел он тихо, чтоб не слышали остальные. — Я вот всё думаю… Ты ведь их всех там, в Москве, вокруг пальца обвёл. И дьяков этих чернильных, и стольника Голицына, и бабу ту купеческую, Елизавету… Ты ж их всех купил. Только не за серебро, а за слова.
Он повернул голову, глядя на меня с детским любопытством.
— Как ты это делаешь? Ведь ты им воздух продал — одни обещания. А они тебе — порох, свинец, защиту. Ты словом владеешь ловчее, чем Ерофей молотом и наковальней. Колдовство какое, право слово.
Я усмехнулся, подбрасывая в костёр сухую ветку.
— Никакого колдовства, Бугай. И не обман это.
— А что тогда?
— Убеждение. Понимаешь… Люди ведь — каждый о себе печётся. Все до единого. Дьяку плевать на острог, ему важно, чтоб казна не пустела и чтоб его задница в тепле была. Стольнику важно влияние и чтобы все ему были должны. Елизавете — прибыль и безопасность торгового пути. Я не обманывал. Я просто показал каждому из них то, что они хотели увидеть. Я показал им их собственную выгоду, только завернул её в наш интерес.
Бугай почесал затылок, сдвинув шапку на лоб.
— Выгода, значит… Получается, ты как купец на торгу: каждому своё показываешь — и всякий думает, что выторговал лучшее.
— Вроде того. Это называется… — я запнулся, подыскивая слова попроще. — Умение людьми править, брат. И рассудок. Если хочешь, чтобы человек сделал то, что тебе нужно,
- Посудная лавка химеромира - Игорь Евгеньевич Кулаков - Попаданцы
- Незваный гегемон химеромира (СИ) - Кулаков Игорь Евгеньевич - Попаданцы
- Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев - Боевая фантастика / Попаданцы
- Фантастика 2026-42 - Соня Марей - Боевая фантастика / Попаданцы
- 'Фантастика 2026-42'. Компиляция. Книги 1-13 - Соня Марей - Боевая фантастика / Попаданцы
- 'Фантастика 2025-34'. Компиляция. Книги 1-26 - Алиса Бодлер - Боевая фантастика / Попаданцы
- Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский - Боевая фантастика / Попаданцы
- Фантастика 2025-33 - Владимир Николаевич Малый - Альтернативная история / Боевая фантастика / Попаданцы
- 'Фантастика 2025-33'. Компиляция. Книги 1-34 - Владимир Николаевич Малый - Альтернативная история / Боевая фантастика / Прочее / Попаданцы
- "Фантастика 2024-47". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Льгов Андрей - Попаданцы