и черт знает для чего еще нужны сердца.
Несколько секунд удивленно молчу. Да уж, этот мир обещает подарить мне много нового. Уже сейчас чувствую – скучно не будет.
– Так… странно, – это единственное, что я могу сказать.
Ники простодушно пожимает плечами и подхватывает с пола большой рюкзак.
– Привыкнешь, – бросает он таким тоном, будто думает, что я останусь тут навечно. – Идем.
Он проходит по комнате, выключает все фонарики и оставляет их на месте. Выходим в соседнее помещение, оно оказывается похожим на предыдущее, как по строению, так и по количеству мебели. И здесь уже никого нет, все ушли. Ники освещает путь фонариком, уверенно направляясь вперед. Преодолеваем несколько практически одинаковых помещений, минут на десять останавливаемся в душевой, где из-под крана тонкой струйкой течет ледяная вода. Но я рада и такой. Ники дает мне время на то, чтобы привести себя в порядок. Смываю с кожи и волос слой пыли и пота, после чего переодеваюсь в чистое.
За короткий промежуток времени моя жизнь снова приняла неожиданный поворот. И пусть я не вправе доверять никому из своих спутников, даже несмотря на то, что большинство из них вроде как настроены ко мне относительно дружелюбно, я все равно чувствую себя в большей безопасности, чем еще несколько часов назад. Остается только ждать, что предложит мне Картер. Он обещал ввести меня в курс дела, когда мы отправимся в путь. И хотя он не тот человек, который будет болтать языком впустую, он должен будет рассказать мне хоть что-то. Пора собирать информацию и использовать ее в свою пользу. Я уже сделала несколько шагов навстречу тому, чтобы вернуть папу и Джорджию домой. Остается продолжать действовать в том же духе.
Глава двенадцатая
Как только покидаю душевую, Ники сразу же ведет меня по лабиринту темных, практически идентичных друг другу комнат. Хмуро оглядываюсь по сторонам и в конце концов не выдерживаю.
– Что это за место? – спрашиваю после того, как мы выходим из одного помещения и вновь оказываемся не на лестнице, которую я жду как спасения.
Ники оборачивается, и я замечаю удивление, отражающееся на его лице.
– Убежища, – говорит он так, словно это самая очевидная в мире вещь.
– Это я поняла, – отмахиваюсь раздраженно. – Для чего они и почему их так много?
Кажется, Ники удивляется еще сильнее, но потом выражение его лица меняется, и он кивает сам себе.
– В этой части региона подземные убежища, связанные между собой сетью переходов, есть под каждым городом. Их построили одновременно с тем, как строили города. Дело в том, что для данной местности характерны очень сильные пылевые и ливневые бури. Переждать подобный удар стихии просто сидя дома – не вариант, поэтому убежища – идеальный выход из ситуации. – Ники делает небольшую паузу, потом с интересом спрашивает: – У вас нет такого?
На некоторое время задумываюсь. На ум сразу приходит "Аллея торнадо", в которую попадают сразу несколько штатов. Дома там прочнее, чем в других частях страны, и часто оборудованы специальными подвалами, защищающими от буйства природы. Но они располагаются не на таком большом расстоянии под землей. Рассказывать все это Ники нет никакого смысла, поэтому я коротко отвечаю:
– Нет.
– Повезло, – тут же сообщает он. – Значит ваш климат все же гораздо приятнее нашего. Но, возможно, это скоро изменится.
– Почему? – спрашиваю, хмурясь в тот момент, когда мы наконец-то выходим на лестницу и тут же начинаем подъем.
– Когда портал, скажем так – взрывается, он уничтожает все живое на многие километры. Ты ведь заметила, что нигде в округе нет зелени?
– Заметила, – подтверждаю я.
– Так вот, когда исчезает зелень, со временем воздух становится суше и будто тяжелее. От этого ситуация с пыльными бурями только ухудшилась. Изменения климатической ситуации неизбежны. Поэтому, если в вашем мире не предотвратят взрывы порталов, его ждет то же самое, ну или нечто похожее, что и нас.
– Но у нас нет пылевых бурь, – задумчиво протягиваю я.
А сама в этот момент представляю торнадо, сносящее все на своем пути, и оно грозит стать еще больше и опаснее, чем ранее.
– Значит будет что-то другое, – на пару секунд замерев на месте и пожав плечами, сообщает мой спутник, после чего продолжает путь наверх. Пауза не затягивается, Ники почти сразу же спрашивает: – У вас уже были случаи взрывов?
Перед мысленным взором мелькают картины уничтоженной Европы.
– Мне известно только об одном, – признаюсь я, в душе надеясь, что он останется единственным, но разум подсказывает, что это лишь самообман. – Это произошло незадолго до того, как я ушла.
Ники понимающе кивает.
– Будут и другие, если люди не сделают так, как сказал им Картер.
– Будут, – шепотом соглашаюсь я.
У военных было два месяца, чтобы последовать рекомендациям пришельцев, но они этого не сделали, и вот к чему привело их упрямство, заключающееся в том, чтобы просто не следовать советам предателей. Что бы ни говорил Картер, он все равно был и остается предателем для военных моего мира. Возможно, если бы он и его люди просто ушли, то военные думали бы по-другому, но все сложилось так, как сложилось.
– Ты поступила необдуманно, – говорит вдруг Ники, вырывая меня из размышлений о предательстве.
Непонимающе смотрю на его профиль, освещенный светом фонарика.
– О чем это ты? – спрашиваю недоуменно.
– О том, что ты отправилась в абсолютно неизвестный, чужой мир в одиночку. Тебе следовало заручиться хоть чьей-либо поддержкой.
Легко ему говорить. Будто я не пыталась.
– Я звала с собой Джексона, но он предпочел спасать мир, а не гоняться за призраком сестры.
О том, что я просила людей у генерала Доусона и он не дал их мне, предпочитаю не сообщать. Похоже, в этом деле все было против меня, поэтому-то мне не оставалось ничего иного, кроме как взять ситуацию в свои руки.
К моему удивлению Ники понимающе кивает.
– Капитан Купер поступил, как настоящий лидер, – рассудительно замечает он, после чего бросает на меня изучающий взгляд. – Кстати, я все еще не могу поверить в то, что тебя просто взяли и отпустили сюда одну.
– Еще раз повторяю, я ни у кого не спрашивала разрешения, – недовольно бурчу я.
– Это я понял, – с улыбкой кивает Ники. – Но даже представить не могу, что Купер спокойно смотрел на то, как ты уходишь.
А он и не смотрел.
Глубоко вздыхаю и неохотно признаюсь:
– Я сбежала.
Не знаю, зачем говорю все это. Я не обязана делиться с Ники подробностями своего появления здесь.
Собеседник
