ГЛАВА 1
Венера
Место было мне незнакомым. Не сказать, что по густым зарослям джунглей можно понять, знакомы они тебе или нет, но это определенно был не лес на острове Рамона. Другие деревья, кустарники, гораздо более высокие, гораздо более… древние! И уже точно на острове верховного не было никаких пирамид, возвышающихся над непроходимой чащей леса.
Не сказать, что я была заядлой путешественницей. На самом деле, все мои путешествия начинались и заканчивались на страницах тревел-блогеров в социальных сетях, а острова Рамона – самая дальняя точка мира, в которой я побывала. Но о чудесах света мне было известно. Открывающиеся моему взгляду сооружения точно были чудом, но я не могла припомнить, чтобы видела что-то подобное даже на фотографиях. Что-то настолько древнее, будто их воздвигли сами Предки!
Я прошла к центральной пирамиде, трава приятно щекотала босые ступни, а вместо нормальной одежды мое тело прикрывали многочисленные бусы и украшения на груди и какое-то символическое тряпье вместо юбки. Я вошла в прохладу темного коридора, будто точно знала куда идти. Шла-шла, пока не вынырнула в большой зал, похожий на церемониальный, храмовый.
На его стенах оказались интересные картины, но я не стала их рассматривать, устремилась вперед, к женщине в белых одеждах, с длинными седыми волосами. Она сидела на скамье, напоминающей трон, и, кажется, не удивилась моему появлению. В отличие от меня. Меня удивляло все – несмотря на то, что я понимала, что сплю. Вот только этот сон был настолько реальным, насколько были реальными камень под ногами, своды над головой, прохладный воздух, что я вдыхала!
– Где я? – спрашиваю у нее.
– В храме Предков.
Я вздрогнула, по спине пробежал холодок.
– Я что… мертва?
Клянусь, от этой мысли у меня точно прибавилось седых волос, а женщина в белом лишь рассмеялась:
– Это место в мире живых, Венера. Пока что в мире живых.
– Что это значит? И откуда ты знаешь мое имя?
– Я Ману, что все знает.
– Приятно познакомиться, – пробормотала я, чувствуя себя донельзя глупо. Нормально болтать во сне с самой собой?
Она посмотрела куда-то выше моего плеча, и я осознала, что Ману слепа. Она не видит, по крайней мере, не так, как обычные люди или вервольфы.
– Почему ты сказала – пока? – вернулась я к своему вопросу.
– Все рано или поздно стирает время, – философски заметила женщина. – Я готова к этому. Но мне бы хотелось защитить своих детей.
Мое сердце болезненно сжалось, по нему будто полоснули острым лезвием.
– Я не смогла защитить свою дочь, – всхлипнула жалобно и опустилась на пол. – Ее забрали у меня. Отняли. Непонятно зачем. Для чего.
Хотелось обнять себя, пожалеть, в конце концов. У меня душа начинала болеть, как подумаю, что с моей доченькой. Точнее, она не переставала.
Но эта Ману не позволила мне расклеиться, резко поднялась и приблизилась.
– Я не могу защитить своих детей, но ты можешь!
От неожиданности, мне даже расклеиваться расхотелось.
– Твоих детей?
– Архипелаг Джайо. Все племена.
Архипелаг, на котором потерялся Рамон. Племена, которые похитили Мишель?
– Зачем мне это?
– Потому что ты тоже мать.
Она открыла рот, чтобы сказать что-то еще, но больше я ничего не услышала. Картинка перед глазами потемнела, чтобы затем наоборот взорваться светом, когда я попыталась распахнуть веки. Меня ослепило, и я крепко зажмурилась.
Поняла только, что где-то лежу, на какой-то постели, а вокруг гул двигателей.
Самолет? Я в самолете?
– Говорил же, вам понадобится помощь.
Доминик? Это Доминик! Откуда он здесь? Второй голос я тоже не с чьим не перепутаю.
– Как будто бы твое появление спугнуло эту тварь! – отвечает Рамон. – Она и так запаниковала. Сураза все рассказала.
– Сама?
– У нее не было выбора. Задницу теперь никто не прикроет.
– У них был другой план?
– План тот же, только они не рассчитывали на мое появление. На приглашение верховных на свадьбу. Все должно было пройти тихо. Доктор, – он цедит это словно ругательство, – сказала бы, что Венера скончалась при родах, а мою дочь все равно отдала бы мерзавке.
– Я рад, что ты успел. С Венерой.
– Я опоздал с Сарой.
Не знаю, чего я ждала, когда услышала голос Доминика? Например, что альфа все решил. Что помог Рамону. Что я проснусь, а дочь будет рядом. Но ее нет. И уже точно мне не хочется никому помогать. Никаким племенам. Мне бы помочь себе.
Дурацкий сон.
Это последняя мысль, прежде чем я снова уплываю в небытие. На этот раз без сновидений.
Когда я просыпаюсь в следующий раз, то чувствую себя лучшее. Бодрее. По крайне мере, физически. И я действительно в самолете, только лежу не на постели, а в черном кожаном кресле, укрытая мягким пледом. Самолет мне не знаком, и он явно меньше того, на котором мы летали с Рамоном. Хотя все места заняты. Вервольфами. И среди них действительно…
– Доминик!
Учитывая волчий слух, а я наверняка возилась, все в курсе, что я не сплю. Но я старательно отвожу взгляд от Рамона в кресле по-соседству. Кажется, у меня не прошло желание перекинуться и укусить его, причем далеко не так, как хотелось бы ему. Поэтому я сосредотачиваю все внимание на Доминике и на остальных.
– Мэтью! Чарльз! Моретт?
Я же здесь всех знаю! Моретт, могучий темноволосый волк, вовсе из стаи Хантера и Алиши. Значит, стаи объединились, чтобы… Зачем они прилетели? Я за эти месяцы так привыкла, что вокруг меня вилемийцы, что немного в шоке от количества легорийцев. Не просто легорийцев, вервольфов из стай, в которых я когда-либо была. Моих стай!
– Привет, Венера, – улыбается Доминик. Все улыбаются, они рады мне.
– Что вы здесь делаете?
В таком составе.
– Прилетели за тобой.
– Но…
– Знаю, мы расстались не лучшим образом, но это не значит, что я оставил бы тебя в беде. Перес попросил моей помощи, я прилетел, чтобы забрать тебя и твою дочь. Но опоздал, к сожалению. Мне жаль, что я не успел раньше.
Мы оба понимаем, что он имеет ввиду. Да все, наверняка, понимают, что речь о моей дочери. Доминику жаль, а мне-то как жаль. Не описать словами.
На глаза наворачиваются слезы, и я чувствую, как Рамон сжимает мою руку. Крепко, но недостаточно, чтобы я не смогла высвободить ладонь и демонстративно от него отвернуться.
Ничего не изменилось. Я все ему сказала еще в Вилемие.
– Ты отвезешь меня домой? – я сосредотачиваюсь
