Чудище вытянуло шею в мою сторону, и я, будто зачарованная, протянула вперёд ладонь, касаясь кончиками пальцев гладких, тёплых на ощупь чешуйчатых пластинок на жуткой морде.
Да, монстр, но нисколечко не страшный!
Если б не его невыносимое человеческое обличье, мы бы точно с ним поладили!
Боднув ладонь лобастой мордой, дракон подхватил с земли тело незнакомца и, тяжело взмахнув крыльями, взмыл в воздух. Набирая скорость, он быстро превратился в едва заметную точку, оставив меня глядеть в пронизанный звёздами небосвод.
- Всё-таки, драконы - странные существа, - рассуждала я вслух, чтобы отвлечься и окончательно прогнать страх от нападения. Зефирчик ходил за мной хвостом: то в ванную, то на кухню за чашечкой чая, а потом запрыгнул на центр кровати и принялся наминать себе спальное место.
Мои мысли вслух он встретил глубоким зевком, демонстрируя во всей красоте клыкастую пасть, а затем принялся сосредоточенно намывать лапу.
- Сам посуди, - не отставала я от фамильяра. - Как человек - это ходячий ужас! Нахальный, руки распускает, заек вон себе заводит. И лезет с неприличными намёками! Я его вторые сутки знаю, а он уже пытается затащить меня в постель.
Кот посмотрел с осуждением, но я так и не поняла, кого он осуждал?
Меня?
Да нет, исключено. Я - хорошая.
Райвен?
Он, точно!
Обрадованная поддержкой, я начала передразнивать уверенный генеральский тон, правда, у меня он вышел чересчур писклявый:
- Мое-е-е-ей будешь, сама-а-а-а захочешь. Поцелу-у-у-уй меня! На последней фразе я подхватила под передние лапы Зефирчика и вытянула губы точь-в-точь как это сделал Эрдан.
За что мгновенно огребла тяжёлой мягкой лапой.
Пнув меня пару раз задними ногами, фамильяр вывернулся из цепких пальцев и раздражённо прыгнул на окно, обмахиваясь хвостом.
- Вот мне тоже не понравилось! - я обиженно показала ему язык.
Легла в кровать, взяла с прикроватной тумбочки недочитанный любовный роман, от которого невыносимо хотелось зевать, и уже спустя несколько минут меня сморил крепкий сон.
Только вот в этом сне меня снова настиг проклятый Райвен. А я лежала на кровати в его объятиях и подставляла шею под жаркие поцелуи, спускавшиеся дорожкой от припухших губ до напрягшихся вершинок.
Что самое ужасное, мне это безумно нравилось! Пальцы сжимали длинные, жёсткие пряди генеральских волос. Нежная кожа остро реагировала на покалывание от однодневной щетины и настойчивые, грубоватые ласки языка, терзающего грудь и несущего удовольствие, о котором я даже не подозревала!
От позорной капитуляции перед напором приснившегося Эрдана меня спас громкий звон разбитого стекла.
Подскочив на кровати, я прижала ладони к разгорячённым щекам и ошарашенно прошептала:
- Мамочки! Этого ещё не хватало.
Звон повторился, вырывая меня из плена коварных сновидений. Уверенная, что это Зефирчик увлёкся погоней за солнечным зайчиком, я набросила на плечи халат, сунула ноги в мягкие тапочки, и поспешила вниз по лестнице.
Однако это был не крылатый кот.
Кое-кто умудрился открыть запертую лавку и уже вовсю обслуживал первых покупателей.
- Кто вас сюда пустил? - возмутилась я, углядев среди присутствующих не только нарушителей спокойствия, но ещё и Генриетту Фишер с миссис Пимбл.
Последняя крутила в пальцах изрядно помятую бумажку, а её лицо при виде меня просияло широчайшей улыбкой.
- Ливи! Мы тут решили дать тебе возможность выспаться, - свежая, как майская роза Сильвия радостно помахала мне рукой с зажатой купюрой в десять франков, а затем ткнула локтем Рихтера. - Шевелись давай, товар сам себя не продаст.
Майер в это время занимался увлекательным, но совершенно непонятным мне делом: притащив откуда-то большой ящик с двумя широкими лямками, солдат заворачивал каждую склянку, взятую с полки, в газетный листок и аккуратно складывал в этот ящик рядами.
- Доброго утра, мисс Одли! - гаркнул он так громко, что миссис Пимбл поморщилась, закрыв ладонями уши, а Генриетта лишь сердито прищурилась.
- Чё орёшь, негодник? - старушка замахнулась на него маленькой сумочкой кокетливо-розового цвета в мелкий белый горошек. - Хочешь, чтобы наша молодая ведьмочка раньше времени оглохла?
- Стоп-стоп-стоп!
Я остановилась на последней ступеньке, вдохнула полную грудь воздуха, пропитанного ароматом сушёных трав и древесины, сомкнула веки и медленно досчитала до трёх. На выдохе открыла глаза и внимательно осмотрела торговый зал.
В оконной раме уже поблёскивало новое, чистое и прозрачное как слеза, стекло. Силь в белом платье с кремовыми пионами протягивала увесистый бумажный пакет жене владельца фруктовой лавки. Майер всё так же постукивал склянками, набивая им ящик до отказа, а миссис Пимбл и Генриетта о чём-то вполголоса шептались, поглядывая то на меня, то на раскрасневшегося от спешки солдата.
- Давайте по порядку. Что здесь делает Рихтер? - со стороны мой голос показался до невозможности уставшим. Словно у меня была тяжёлая, бессонная ночь.
В принципе это было недалеко от правды, особенно если считать тот до ужаса неприличный сон с участием Райвена.
При упоминании своего имени, солдат вытянулся в струнку, задев сапогом ящик с хрупким и ценным содержимым, которое тут же напомнило о себе звонким “дзынь!”
Силь нахмурилась, но не успела и слова вымолвить, как Майер принялся за доклад. К моему стыду и радости двух пожилых сплетниц.
- Его Превосходительство вызвал меня сразу же, как вернулся в казармы! - грохотал бесхитростный парень. - Рассказал о том, что на вас ночью напали!
Все три кумушки, включая Силь, подобрались поближе, в надежде погреть уши горячей сплетней.
- Кто посмел? - с надрывом воскликнула сирена-полукровка. - Да я его! Я на него накричу!
- А чего это ты ходишь по ночам, когда приличные люди спят? - с подозрением прищурилась миссис Пимбл.
Но вместо меня ей ответила миссис Фишер:
- А потому что распустили молодёжь! Старших не слушают, родителей не уважают, шляются по пьянкам-гулянкам, а потом в подоле приносят!
“Напомните, как звали отца вашей дочурки Филис?” - едва не спросила я, но вовремя прикусила язык. Если мы схлестнёмся в словесной битве, то до обеда точно не закончим, а мне хотелось бы сперва позавтракать.
- Дальше, Майер, - хмуро процедила я сквозь зубы, прожигая гневным взглядом бестолковую Сильвию.
Ох, если бы я знала, то ни за что бы не попросила продолжать. Жила бы в неизвестности и радовалась.
- Генерал дал указание глаз с вас не спускать! - охотно пояснил Рихтер. - Точнее, он велел вас охранять, но глаз с вас не спускать за пределами спальни. А вот в спальню не ходить. Иначе я не вылезу из нарядов и буду зубной щёткой драить отхожие места для солдат. И руками вас трогать запретил без острой необходимости. Сказал, моя ведь…
- Всё, хватит! - взвыла я, хватаясь за нерасчёсанные пряди, торчащие во все стороны.
Боюсь представить, что подумают обо мне Силь вместе с этими двумя болтушками.
Дать им волю — весь Хеленсбург будет судачить о том, что генерал по своей прихоти приставил ко мне конвой!
- Нам пора, - внезапно брякнула миссис Пимбл и поторопилась к выходу, утаскивая за собой Генриетту Фишер.
- Так вы ж ничего не купили! - возмутилась Сильвия. Сирена-полукровка выбежала из-за прилавка и впихнула им в руки по флакончику охлаждающей мази. - Держите, незаменимая вещь.
А едва хлопнула дверь, отрезав нас от двух активных сплетниц, подруга в сердцах выплюнула:
- Будь уверена, к вечеру они так натрут языки, что мазь им точно пригодится. Болван, не мог ответить как-нибудь аккуратнее? Обтекаемо?
- Как? - наивно захлопал ресницами солдат. - Меня ж спросили. Я ж ответил. Не соврал, не приукрасил.
- Всё, иди, - устало махнула рукой подруга и, подпрыгнув, устроилась пятой точкой на краю прилавка. - Пока всё не продашь - не возвращайся.
- А ведьму сторожить? - горестно вздохнул Рихтер, выдавая мне жалостливый щенячий взгляд.
