Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Что ты здесь делаешь? — пробормотала я, снова расслабляясь в его хватке.
— Я хотел проводить тебя. — Он потянулся к локону, который выбился из прически, обвивая рыжую прядь вокруг своего пальца с безумной нежностью. — Это так ужасно?
— Это… странно.
— Нет ничего странного в танце с завораживающей женщиной, одетой в мой цвет. — Он едва улыбнулся. — За исключением, пожалуй, того, что женщине почти сто лет…
Я посмотрела на него, легонько толкнув в плечо, прежде чем убрать локон за ухо.
— Давай прогуляемся, — мягко сказал он, уже таща меня к боковым дверям. Тем, что выходили в сад, где нас ждал лунный свет.
Факелы и свечи усеивали патио за дверями, отбрасывая теплый, золотистый свет на сады внизу. Только что начал идти снег, и мягкие хлопья ловили лунный свет, лениво кружась в воздухе.
Было тихо. Ни щебетания птиц на деревьях. Ни воя из леса вдалеке. Даже гравий затаил дыхание под нашими ногами. Тяжелые двери позади нас приглушали веселье бального зала, запечатывая его, словно сон. Здесь, снаружи, мир будто уснул. Неподвижный. Бездыханный.
— Здесь красиво. — Я подставила лицо ветру, позволяя свежему воздуху омывать меня.
— И ты, — ответил Смерть, шагнув рядом со мной. — То есть ты красива… — Он неловко прочистил горло, бросив на меня быстрый взгляд, прежде чем перевести глаза на край сада.
Если бы не холод, мои глаза, возможно, наполнились бы слезами. Уязвимость — это и есть истинное несчастье, когда тебя понимают. Особенно если это делает враг.
Мысль пришла мягко, незваная, но настойчивая.
Когда пришло письмо, я стояла в дверях, и мои пальцы дрожали над буквами, выведенными почерком Артура. Читая о том, что Лео умер — я почувствовала его. Слишком кстати подувший ветерок поднял прядь моих волос. Он нес слабый запах олеандра и соли. Горящего уда. Это был Смерть, проходящий мимо, чтобы сказать мне, что он рядом. Я не могла объяснить это тогда, потому что не знала, что думать. Но разве это не он появился, когда умерла Беатрис? Затем Лео? Был ли он все еще моим врагом?
— У тебя есть имя? — спросила я, поворачиваясь к нему.
Смерть наклонился вперед над балконом, его костяшки побелели, когда он сжал камень. Страдальческое выражение промелькнуло на его лице, прежде чем он тяжело выдохнул и повернулся ко мне с затравленным взглядом.
— Давай прогуляемся, хорошо?
Я взяла его под руку и позволила ему вести меня вниз по величественной лестнице в запутанные сады внизу. Только лунный свет и мерцающие факелы освещали наш путь.
Полуночная прогулка по саду в самую темную ночь в году с самим королем тьмы. Эта мысль заставила меня улыбнуться.
Смерть возвышался рядом со мной, положив другую руку поверх моей в жесте тихого обладания. Он был настоящим джентльменом, как я начинала понимать. Двигаясь в неторопливом темпе, он уверенно шагал и вел меня глубже в лабиринт из изгородей.
Если бы я не верила, что он сможет найти выход, я бы не последовала за ним. Но в глубине души оставалась искорка беспокойства, что он может исчезнуть в воздухе, оставив меня одну.
Он усмехнулся, низко и бархатисто, затем наклонился прошептать мне на ухо.
— Я не оставлю тебя одну в саду, Звезда. Даю слово.
Мои щеки вспыхнули розовым, когда жар расцвел под кожей.
С тяжелым вздохом он сжал мою руку крепче.
— У меня нет имени.
Я взглянула на него, мои брови сжались в тихой боли. Кем бы он ни был — как бы он ни появился — он заслуживал его. Если истории моей бабушки меня чему-то и научили, так это тому, что каждый заслуживает имя. Личность. Произнесенное или тайное, как мое.
— Грим… — предложила я, едва громче ветра.
Оно не было добрым. Или мягким. Оно было честным. Имя, которое можно произносить с благоговением. Принятием. Правдой, простой и неприкрашенной. И как только оно слетело с моих губ, смущение вцепилось мне в горло.
Кто я такая, чтобы называть Смерть? Кто я такая, чтобы называть его вообще?
Он остановился, заставив нас замереть на месте. Его руки легли мне на плечи, и я оказалась обездвижена его взглядом, ледяным и светящимся, невероятно интенсивным под изгибом его пернатой маски.
— Грим… — повторил он, словно пробуя слово на вкус. Оно будто истощило его, сделав едва способным держаться. Его пальцы скользнули по моим рукам, снова поднимаясь вверх, и затем он улыбнулся. Эта улыбка прорезала его неподвижность, как солнечный луч сквозь грозовые тучи. Его щеки приподнялись, сдвигая край маски, и затем он крепко прижал меня к своей груди. Глубокий, неожиданный смех прогрохотал в нем, сворачиваясь во мне теплом. — Скажи еще раз, — пробормотал он, его дыхание шевелило пряди у моего виска.
Я улыбнулась ему.
— Грим…
Когда я откинулась назад, встречая его взгляд, я заметила что-то в его выражении — эмоцию, которую не узнавала. Что-то, чего, как мне казалось, он никогда прежде не испытывал.
Это очень походило на покой.
Его рука поднялась, неуверенная, пальцы коснулись края моей челюсти, и проблеск боли пересек его лицо. Затем исчез в мгновение ока. Большой палец провел по моей нижней губе, я закрыла глаза, замирая под его прикосновением.
— Астория Темпест… — выдохнул он. — Я никогда не знал проклятия столь грозного… и столь чарующего, как ты.
Мое дыхание перехватило, когда он наклонился, его губы едва коснулись моих. Тепло, зима и желание, замершие в захватывающем моменте…
Громкое улюлюканье разорвало тишину.
Грим замер, уголки его рта опустились вниз, тени мелькнули на его лице. С патио доносились пьяные голоса, грубый смех и стук ботинок по камню.
Он отстранился, челюсть сжалась, когда момент ускользнул сквозь пальцы. Его выражение лица снова затвердело до непроницаемого.
— Мне пора вернуть тебя, — сказал он, голос был отрывистым. Он протянул руку, не холодную, не теплую, просто… отстраненную.
Мы шли в тишине, его ладонь на моей пояснице, уверенная и безупречно сдержанная. Один шаг через арочный проход в изгороди — и мы оказались на противоположной стороне сада, перед величественной лестницей, усадьба возвышалась впереди, словно последний занавес.
— Тебе лучше зайти внутрь, — мягко сказал он, не встречаясь с моим взглядом. — Здесь слишком холодно.
— Грим, — выдохнула я, имя треснуло в горле. Я потянулась к нему, мои пальцы потянулись к пустому воздуху. Боль свернулась за ребрами, резкая и неожиданная.
Что-то произошло под снежинками и в тишине света свечей.
— Иди, Астория. Я увижу тебя на корабле.
— Увидишь? — спросила я, не ожидая ответ. Все же узел в груди ослаб от его обещания. Те
- Мой ангел (СИ) - "Jolie Rose" - Любовно-фантастические романы
- В научных целях (СИ) - Князькова Нина Xaishi - Любовно-фантастические романы
- Дальше только небо - Мисс Найт - Любовно-фантастические романы
- Надежда Тальконы (СИ) - Корешкова Евгения - Любовно-фантастические романы
- Надежда Тальконы [СИ] - Евгения Витальевна Корешкова - Любовно-фантастические романы / Научная Фантастика / Периодические издания
- Под стать волку (ЛП) - Форрест Руби - Любовно-фантастические романы
- Без времени - Олег Ёлшин - Любовно-фантастические романы
- Королева праха и боли - Лив Зандер - Любовно-фантастические романы / Ужасы и Мистика
- Посвящение (народный перевод) - Лиза Смит - Любовно-фантастические романы
- Мой любимый Упрямец (СИ) - Анна Кривенко - Любовно-фантастические романы