— Ну, допустим… На момент торможения до обрыва оставался всего метр, камни сыпались, но ему было плевать, — выдаю первое, что пришло на ум, и Тристан усмехается.
— Это ты о Дьяволе?
— Угу. А что, если тут камеры или прослушка?
— Здесь? Сом…
Договорить Тристан не успевает. Лязгает ключ в замке, раздаются шаги, и вскоре перед нами возникает мужчина. На этот раз он выглядит так же, как и тогда, когда я решилась наведаться по адресу 84 82 Гран Деламб. Только седых прядей стало намного… намного больше.
— Очнулась, — констатирует он очевидный факт. — Вот уж заставила ты нас побегать.
— Луис, — цежу, сильнее сжимая прутья решётки. — Что всё это значит?
Игнорируя вопрос, он открывает мою камеру.
— Идём, Никки. Нам нужно многое обсудить. И советую не делать глупостей, иначе твой новый друг может пострадать, — Луис кивает в сторону Тристана.
Выхожу из клетки и успеваю прошептать Тристану одними губами «Я вытащу тебя», затем Луис берёт меня под локоть и тянет по проходу между камерами в сторону двери. Над ней и расположена лампочка — единственный источник света в этом подвале.
Наконец мы выходим к лестничной площадке, и запах плесени становится не таким едким. Луис запирает дверь на ключ, потом указывает на лестницу.
— Прошу, Никки. Поднимайся.
Мы преодолеваем четыре пролёта и попадаем в небольшой коридор, который заканчивается лифтом. Луис нажимает на кнопку, и двери открываются. Оказывается, мы находимся на минус восьмом этаже. Получается, камеры расположены ещё на два этажа ниже. Это очень глубоко под землёй. И мне это чертовски не нравится.
Пока мы поднимаемся на плюс четвёртый этаж, Луис не произносит ни слова. Я тоже молчу. Не стоит разбрасываться словами. Сначала надо оценить обстановку, выяснить, чего от меня хочет Луис, и, исходя из этого, действовать.
Как только мы выходим из лифта, я вижу несколько десятков вооружённых людей. Они рассредоточены по всему огроменному коридору и не сводят с меня ненавидящих взглядов, пока мы с Луисом проходим мимо них.
— Добро пожаловать, Никки, — нарушает молчание Луис, закрывая за мной дверь… эээм… кабинета? Скорее всего, да. Комната не похожа на спальню или гостиную.
В центре громоздится большой стол из тёмного дерева. На нём стоят два ноутбука, разложены какие-то документы и чертежи. По обе стороны от стола находятся кресла — два с одной стороны и одно с другой. Потолок выкрашен в чёрный цвет, стены обиты алой тканью, на полу толстый ковёр, имитирующий землю. На стенах висит пара картин. У одной из стен стоит стеллаж с книгами и какими-то кейсами, у другой — диван, а половину третьей занимает здоровенный камин.
Похоже, Луис обожает всё огромное. Его эго и правда непомерно раздуто. Интересно, этим он компенсирует маленький член или отсутствие мозга?
— Присаживайся, Никки, — Луис указывает на одно из двух кресел, а сам занимает то, которое величественно возвышается по другую сторону стола.
— Боюсь запачкать.
— Не стоит. Ткань пропитана особым средством. Не пропускает жидкость и отталкивает грязь. Садись, Никки. В ногах правды нет.
— Зачем я здесь? — спрашиваю, присев в одно из кресел.
— Нам нужна твоя помощь. Видишь ли, Демиан Кастро…
— Давайте не будем ходить вокруг да около. Что вам нужно от меня?
— Хорошо, — Луис улыбается, но доброты в этой улыбке нет. — Ты поможешь мне определить подлинность артефактов, Никки. Только и всего.
— А потом вы прирежете меня, чтобы окропить их кровью?
— Ну зачем так радикально? Понадобится лишь капелька твоей крови. И ты будешь свободна, Никки. Как всегда и хотела.
— А если я откажусь?
Луис нажимает на кнопку и гаркает, склонившись над аппаратом связи:
— Привести!
Страх липкой массой сковывает тело. Ладошки потеют, пульс стучит в висках, голова наливается свинцом. Кого ещё Орден успел схватить? Демиана? Или сейчас сюда приведут Тристана и станут пытать у меня на глазах?
Стоит двери за моей спиной открыться, я резко подскакиваю на ноги и разворачиваюсь.
— Брэннон! — вскрикиваю я и зажимаю рот рукой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На Брэнноне живого места нет. Он избит до такой степени, что сам идти уже не может. Фанатики Орена усаживают его в соседнее кресло и удаляются. Хочу склониться над ним, но Луис останавливает меня:
— Не стоит, Никки. Ты грязная. Ещё занесёшь заразу.
— Что вы с ним сделали?!
— Поговорили по душам и объяснили, что шпионить нехорошо. Я помогу ему, если ты согласишься работать на меня. В случае отказа мои люди проведут беседу с Тристаном. А затем с каждым, кого ты так или иначе знаешь. Демиана я оставлю напоследок и не закончу с ним, пока не получу желаемое.
Смахиваю слёзы, выступившие от злости и бессилия, и цежу:
— Хорошо. Я согласна.
— Вот и отлично, Никки. Я рад, что ты такая сердобольная. Не нужно бедняге мучаться.
С этими словами Луис встаёт и огибает стол. Хочу спросить, как скоро придёт врач, но Луис опережает мой вопрос. Быстрым и чётким движением он перерезает Брэннону глотку и сразу же отходит. Кровь брызжет в стороны, стекает и булькает, а я хватаю воздух ртом. В голове мелькают картинки прошлого, и на некоторое время я словно переношусь в особняк Моргана — в мой персональный ад.
— Зачем?! — рявкаю, как только возвращается способность связывать слова в предложения. — Ты сказал, что поможешь ему! Ты…
— И я помог, Никки. Он был уже не жилец. Я облегчил его страдания.
Сжимаю кулаки и медленно поворачиваюсь.
— Ты чудовище, — шиплю, испепеляя Луиса ненавидящим взглядом. — Монстр. Больной ублюдок.
Но правда в том, что в этой комнате он не один такой. Луис убил Брэннона тем же способом, каким Морган заставлял меня отнимать жизни у неугодных ему «партнёров». И из-за этого напоминания я ненавижу Луиса в сто крат больше. Он дал мне увидеть себя со стороны. Всегда проще проклинать других, чем признать, что ты ничем не лучше.
— О, Никки, — Луис вновь расплывается в улыбке. — Я смог тебя впечатлить. Это приятно.
— Его будут искать. Демиан заподозрит неладное, если Брэннон не выйдет на связь.
— А кто сказал, что не выйдет? Верный пёс будет регулярно приносить своему хозяину информацию.
В ту же секунду Луис принимает окровавленный облик Брэннона, и я от неожиданности ору так истошно, что закладывает уши. Никогда не считала себя набожной, но сейчас мне хочется перекреститься. А ещё взорвать тут всё к херам. Вместе с Луисом и его упоротыми фанатиками. Некоторые люди сеют только зло. Так пусть пожинают свои плоды.
— Видишь ли, Никки. Моё предложение — это не вопрос и не просьба. У тебя нет выбора. Ты поможешь мне, хочешь того или нет. Я всегда найду, чем и как тебя промотивировать.
Еле сдерживаюсь, чтобы не броситься на него с кулаками. В данный момент я жалею, что Демиан так и не научил меня драться. Я слабая. И бесполезная. Ярость съедает меня изнутри, но дать ей выход я не могу. Из последних сил беру себя в руки и глухо произношу:
— Я буду работать на тебя только при одном условии.
— Слушаю, Никки.
— Освободи Тристана. Сейчас же. Ему нужна нормальная комната и пища. Учти, я говорю про реального Тристана. Не смей подсовывать мне копию, я пойму. Ему я доверяю и хочу, чтобы он меня охранял. Твои фанатики смотрят на меня так, словно хотят растерзать. Мне нужно чувствовать себя в безопасности. Выполни это условие, и можешь рассчитывать на мою добровольную помощь.
— Вот так поворот. Думал, ты попросишь, чтобы я не трогал Демиана.
— Уверена, он сможет сам о себе позаботиться.
И я правда в этом уверена. Тристан ещё какое-то время будет слаб. Так что Демиан — практически единственный наш шанс выбраться отсюда живыми.
Я много слышала о его прошлых зверствах — от прислуги и охраны. Они думали, что никто не подслушивает. А я умею незаметно подкрадываться. Когда Демиан оставлял меня одну, я слушала, ужасалась и наматывала на ус. И я не сомневаюсь, что Демиан Кастро с удовольствием выпустит кишки Луису и его приспешникам, а потом украсит резиденцию Ордена их внутренностями.
