— Ты о чём? — поинтересовалась я.
— Она не так просты, как хотят нам показать. Очень мудрые ведьмочки, — он хохотнул. — Ну да ладно. Мы пойдём к твоему отцу?
Я согласно закивала.
— Имей в виду, Гли, он на самом деле считает, что это ты его пытала. Будь аккуратна в разговоре с ним, — он остановился посреди улицы, обхватил мою голову ладонями и, глядя мне прямо в глаза, сказал:
— Ты дочь Флавиана, а не та женщина, которая над ним издевалась, чтобы узнать то, что она узнала. И Флавиан должен это понять.
— Что она узнала? — уточнила я.
— Откуда у него книги по дуальной магии. Понимаешь?
Я помотала головой, отрицая услышанное. Что я могла понимать? О существовании этих книг я сама узнала буквально несколько часов назад. Я всегда считала, что дуальная магия — это сказки, а это оказалось правдой.
— Будь осторожной в словах, не говори ему про Зарю.
— Никогда не говорить? — переспросила я.
— Когда-нибудь ты ему скажешь, но не сейчас, — и мы пошли дальше по улице, слушая легкий гул Стагили. Казалось, что это не гул города, а просто шумят деревья и птицы иногда покрикивают, но город жил своей жизнью. Вот проехала повозка, полная глиняных горшков, издалека слышно, как поет уличный музыкант.
— Мы не пойдём порталом?
— Пойдём, но не здесь. Я боюсь, за нами могут следить, а я всё ещё хочу скрывать то, что я император. Здесь пока мало кто знает, кто я такой, хоть я и нашумел, пока искал тебя с солдатами, — Лука оглянулся, улыбаясь очень счастливо. — Хорошо, что я тебя нашёл, Гли.
Мы вышли из города, сократив путь, переходя с улицы на улицу. Почти на окраине леса Лука взмахнул рукой и открыл портал, в который мы и вошли, отправляясь в столицу.
***
— Подожди меня здесь, — остановился Лука, когда мы попали в его покои во дворце. — Я приду за тобой, а пока можешь отдохнуть, переодеться. Я просил подготовить тебе что-нибудь подходящее из одежды, рассчитывая, что ты всё же решишь остаться со мной.
И он вопросительно посмотрел на меня.
Как будто бы мне снова предложили быть женой.
Проблема была лишь в том, что Лука мне больше не предлагал стать его женой. Может, я что-то не так понимаю?
— Остаться с тобой в качестве кого? — спросила я у Луки, который в ожидании стоял передо мной, наклонив свою рыжую голову.
— В качестве моей Гли, — сдержанно ответил Лука. — В качестве кого ещё?
— Ты специально уходишь от ответа?
— Я специально, да, — кивнул он. — Приводи себя в порядок, поговорим потом.
Он посерьёзнел, взгляд приобрёл строгость, свойственную высокопоставленным людям. Быстро улыбнувшись, он кивнул на прощание и скрылся за дверью, оставив меня одну в огромных императорских покоях.
Хотя, может, это обычные покои?
Я обошла комнаты по периметру, рассматривая стены, сама не зная, что я здесь хотела найти. Совершенно точно здесь не было Верховной, которая могла бы ответить на несколько моих вопросов. И не было здесь Тёмного Бога, который всегда знал, что происходит в моей жизни.
Я чувствовала себя лошадью, которой закрыли глаза, и ведут её в какое-то странное место. Или страшное, тут уж как повезёт.
На огромной, уж точно императорской, постели лежало несколько платьев. Одно было скроено по типично столичной моде: узкая длинная до пола юбка с разрезами по бокам, которые в определённых позах открывали ноги на всю длину, длинными расклешёнными рукавами и высоким воротником. Другое было свободным, с широкой длинной юбкой, и больше походило на обычное городское платье, которое было в шкафу любой девушки из провинции. А третье больше напоминало эльфийское платье на запах с широким поясом с кистями на концах.
Какой интересный выбор! Мне предлагали выглядеть под стать императору, простушкой из Стагили или свободной женщиной, которая в праве распоряжаться своей судьбой. Тот, кто подбирал платья, тонко намекал мне, что от платья многое зависит. Интересно, а этот кто-то знал о моём прошлом?
Я долго стояла и смотрела на платья, мысленно рассуждая о плюсах и минусах платьев, не соглашаясь с доводами, и так и не выбрала ни одно из них. Подойдя к большому зеркалу на стене, я осмотрела себя с ног до головы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На меня смотрела загорелая беловолосая девушка с выразительными очень светлыми, почти прозрачными глазами. Я поправила выбившуюся прядь из хвоста, и отражение повторило моё движение. Я давно уже не выглядела как та девушка из прошлого — юная, белокожая, спортивная. Обо мне теперешней можно было сказать, как женщина, знающая, кто она такая.
Но знала ли я в действительности, кто я?
Уже потом, спустя некоторое время я вспоминала этот момент — я стою перед зеркалом во дворце императора и словно вижу себя со стороны.
Я решила не переодеваться. Почистив платье, осмотрев его со всех сторон, я переплела волосы с широкую косу и умылась в комнате, очень отдалённо напоминающую мою ванну в домике в лесу, настолько здесь всё кричало богатством. Изучая интерьер и обстановку, я поймала себя на том, что широко улыбаюсь.
Я не успела разобраться — мне неуютно здесь оттого, что я отвыкла от богатства и роскоши, или здесь действительно было всё «слишком», потому что в дверь покоев постучали, и, не дожидаясь ответа, вошли.
— Вас ожидают Его Императорское Величество. Прошу, — и мужчина, одетый весь в чёрную одежду, показал мне руками на выход.
Стало быть, идите, Гликерия. Вас ожидают.
Я пошла по направлению, куда указывали руки мужчины в чёрном, и вышла в коридор, почти также богато украшенный, как и покои. В коридоре стоял ещё один такой же мужчина, как и тот, что проводил меня из покоев, и он тоже показывал мне направление.
В общем, от мужчины до мужчины, я добралась до высоких позолоченных дверей, перед которыми тоже стояли двое мужчин в чёрном.
Я заулыбалась им, как родным. Это были мужчина под номером тридцать два и тридцать три, встреченные мной по пути до золочёных дверей. Они не улыбнулись в ответ, но это и было понятно — я-то одна, а их вон сколько много, чего им улыбаться-то.
Двери распахнулись внезапно и резко, и в открывшемся проёме появился Лука, одетый во что-то совершенно невообразимое — одежда была вся в золоте, украшениях, а сам он имел вид настолько официальный, что я присела в поклоне, как уже привыкла при виде зажиточных горожан или ещё кого влиятельного.
Лука снисходительно мне кивнул, а потом одним резким движением приблизился ко мне и громко зашептал мне прямо в ухо:
— Ты почему не переоделась? — он отвёл меня в сторону от уже закрывшихся дверей, но я успела увидеть некоторое количество людей в зале, в которую вели эти самые двери.
И тут до меня дошло.
Я перевела взгляд с дверей, которые по инерции ещё раз легонько шевельнулись и затихли, на Луку, разодетого в пух и прах, и спросила:
— Зачем я здесь? Где мой отец?
Лука смутился, прокашлялся и ответил:
— Я хочу тебя представить ко двору, показать придворным. Тебе выбрали платья, — и он оглядел меня очень внимательно с ног до головы. — Тебе ни одно не понравилось?
Я неопределённо покачала головой и одновременно пожала плечами.
— Флавиан в другом крыле, я хотел…
— Отведи меня к отцу, пожалуйста, — я оборвала Луку и выдернула руку из его. — Я здесь только ради отца, Лука.
Он оглянулся, словно его позвали.
— Но…
Я отрицательно покачала головой.
— К отцу.
Лука одним лёгким движением подозвал к себе одного из мужчин в чёрном, и что-то тихо ему сказал. Тот кивнул в ответ, и перевёл взгляд на меня.
— Пройдёмте.
И я пошла за ним.
Лука не пошёл со мной. Он остался стоять там, у золочёных дверей, словно скованный правилами и обязательствами.
Собственно, чего я удивляюсь, подумала я. Это же императорский дворец — само средоточие правил и обязательств, и тебе, Гли — настоящей тёмной ведьме — здесь совершенно не место, надень ты себя хоть все красивые и модные платья этого мира.
