теперь есть Егор. С такой охраной ничего не страшно. Главное самой на него в темноте не наткнуться.
Дую на выбившуюся прядку из причёски и слышу голос Фрола в коридоре. А вот и сам Горюшко:
— Ты чего каблуками стучишь… О, Марго!
Я лежу на животе с улетучившимся романтическим настроением и пытаюсь вернуть нужную волну. Ну-ка живо! Изящный поворот головы в сторону любимого, загадочный взгляд, улыбка, ноги в коленках согнула, каблучки вверх.
— Мур, футболист Горин! У меня для вас сюрприз, — глаз не могу отвести от Фролушки. Такой парень в момент в нужный тонус возвращает.
— Это я сейчас! — он стягивает футболку и треники. Разминочная ходьба на месте перед прыжком.
— Стоп, стоп, стоп, — соскребаю как можно элегантнее себя с постели, иначе сейчас всё пойдёт совсем не так, как надо. Не думала, что я в шортиках и майке на постели — всё ещё сюрприз для Горюшка. — Я немного про другое.
Подхожу к импровизированному алтарю любви и беру в руки свой бокал. Фрол подхватывает мою игру и взбалтывает подтаявшие льдинки в своём. Глаза его сияют от удовольствия.
— Фрол Матвеевич, вы не только любовь всей моей жизни, но и гениальный футболист! Сегодня на стадионе со мной случилось то, что происходит, когда мы с вами… Мы с тобой… Не умею говорить тосты, — смущаюсь я. — За твою фееричную победу!
Звон бокалов. Фрол одним глотком выпивает сок и обнимает меня:
— Марго, родная! Ради такой прекрасной болельщицы я теперь столько голов забью.
Он натягивает бретельку моей майки, и я снова могу упустить момент. Когда она порвётся, ураган «Торнадо» будет жалким ветерком по сравнению с тем, что произойдёт здесь дальше.
— Стоп, стоп, стоп! — упираюсь ладонями в грудь Фролу.
— Что не так?
— Я забыла надеть жемчужное колье.
Фрол с трудом сдерживается, но отступает:
— Да ты затейница, мать! Я ж его зубами порву, — улыбается он. — Будешь потом спать, как принцесса на горошинах.
— Рви, — пожимаю плечами. — Только помоги мне с ним для начала. Там застёжка тугая.
— Это мы сейчас, — Фрол хватает коробочку и открывает крышку. — А где оно? А это что?
Закатываю глаза. Как-то я даже не подумала, что он понятия не имеет, как выглядит тест на беременность. Фрол с удивлением разглядывает бумажку.
— Это и есть сюрприз, медвежонок! Я беременна! — Хватаю хлопушку и стреляю в потолок. Грохот, искры, я испуганно ору. Серпантин и конфетти осыпаются нам на головы и повисают у Фрола на ушах. Завороженно смотрю на упаковку хлопушки и, прищурив глаза, читаю мелкий шрифт:
— Взрывать на улице.
— Ты богиня! — восторженно шепчет Фрол, наплевав на почерневший потолок и жуткую серную вонь.
— Всем лежать! Оружие на пол, — распахивается дверь, и в комнату кубарем влетает Егор, снося напольную вазу. За ним с лаем несётся Кайла.
От страха я запрыгиваю к Фролу на руки. Никогда не слышала, чтобы Горюшко так громко хохотал.
— Ой, простите! — Егор поднимается и отступает к двери, откуда на нас уже испуганно смотрят Маруся и Анна Ивановна.
Фрол ставит меня на ноги, утирает слёзы и откашливается в кулак.
— Ну вы нормальные? — Маруся первая приходит в себя, заходит в комнату и оглядывает потолок. — Вы тут домового что ли вызывали?
Фрол подхватывает дочку на руки и прикрывает меня по всем фронтам:
— Просто мы хотели собрать вас для радостного известия. Марго, хлопушек больше нет?
— Нет, — оглядываю я учинённый в комнате погром.
— Жаль! Мне понравилось.
Он откашливается и провозглашает:
—У нас в семье пополнение!
— Ура! — Маруся обхватывает отца за шею.
Фрол обнимает меня за плечи, трётся носом об Марусину щёку и шепчет:
— Девчонки, я вас обожаю.
Глава 29
Рита
— Я больше не в состоянии это оплачивать сама, — вхожу я в кабинет Фрола и кладу ему на стол кредитные документы на квартиру и машину.
Меня этот вопрос гложет с момента, как Никита уволил меня, а про финансы с мужчинами я говорить не умею. Справлялась до последнего, но в феврале последние мои деньги уйдут на погашение ипотеки и кредита за машину. За завтраком сегодня кусок в горло не лез, а сейчас стою с горящими щеками и пальцы себе за спиной ломаю.
Фрол отпивает чай из огромной чёрной кружки с нарисованным футбольным мячом. Задерживает напиток во рту и смотрит на меня, как на Микки, севшего читать футбольный справочник. Кадык Фрола двигается, пропуская чай вовнутрь. Рука с массивным золотым перстнем тянется к файлу. Внимательный взгляд быстро бежит по страницам и вновь возвращается ко мне.
— И ты мне только сегодня об этом говоришь? — Фрол отъезжает на стуле и манит меня к себе широкой ладонью.
— Бить будете, папаша? — пытаюсь я свести всё на хи-хи.
— Иди, иди сюда, не бойся! — хлопает себе по коленке. — Садись и поговорим.
— Фролушка! — слёзы наворачиваются мне на глаза, и я лечу к нему в объятья. Самое уютное место в мире.
— Вот в кого ты такая, а? — Фрол берёт мои щёки в ладони и слегка дует мне в лицо. — Королева моя. Ну как я могу знать, о чём болит твоё сердечко? Мы с матча ехали, Маруська обмолвилась про квартиру, а я никакой был. Думал, дома спрошу. А как про дитё узнал, да ещё ты дом чуть не спалила, совсем всё из головы вылетело. Ты уж прости меня. Рассказывай, что там у тебя: кредитки, неоплаченные долги, злые люди, неизлечимые болезни? Это теперь моя головная боль, Марго, понимаешь? Не твоя!
— Машина проржавела, наверное, там у дома, — всхлипываю я.
Фрол качает головой и улыбается:
— Ах, Рита, Рита! Машина твоя в нашем уличном гараже с декабря стоит, — собирает он губами слёзы с моих щёк. — Ты же просила её пригнать, Руслан и пригнал, пока ты в ковидном угаре лежала. Да я и без твоей просьбы догадался бы. Оставлять без движения в наших широтах машину не годится. Прости, пришлось без спроса взять у тебя ключи и документы. Потом забыл сказать. Думал, что ты и не вспоминаешь о ней. А вот про то, что она в кредит взята, и квартира
