Евгений Спицын
Ложь и правда о советской экономике
Светлой памяти настоящих советских тружеников, моих предков — деда Николая Яковлевича Парамонова (1905–1989), бабушки Анны Гавриловны Парамоновой (1905–1978), мамы Надежды Николаевны Спицыной (1953–2020) и отца Юрия Васильевича Спицына (1936–1991) — посвящаю эту книгу
Введение
Моя новая книга, которую вы держите в руках, стала итогом многолетней работы с большим массивом архивных источников и дневников, мемуарной и исторической литературы. В процессе этой работы возникла идея написать ряд работ по истории Советской державы, отражающих значительный период ее развития в 1945–1985 годах. Именно в это 40-летие Советский Союз стал общепризнанной сверхдержавой, в значительной мере определявшей весь ход мировой истории и движение всего человечества к подлинному прогрессу. Задуманный цикл, начатый шесть лет назад, продолжает и эта книга, главными героями которой станут как хорошо известные, так и совсем не известные люди, на плечи которых легли принятие и реализация всех самых значимых и важных решений по многим ключевым проблемам экономики и социального развития страны. Безусловно, решение этих вопросов почти всегда протекало в жарких спорах, что неизбежно порождало острую борьбу как на Олимпе высшей власти, так и в разных государственных, научных и иных структурах, претворявших принятые решения в жизнь. Надеюсь, что моя новая книга будет интересна и полезна не только всем любителям истории, но прежде всего моим уважаемым коллегам — студентам гуманитарных институтов и факультетов, учителям истории и преподавателям вузов. Кроме того, именно сегодня, как нам представляется, такой труд по истории советской экономики более чем актуален, и, надеемся, он станет хорошим подспорьем в познании самых интересных и интригующих страниц нашего прошлого.
Глава 1. Сталинская экономика и возрождение советской державы (1945–1953)
1. Краткая характеристика экономического положения СССР после войны
По данным большинства советских и российских ученых (Б. С. Тельпуховский, М. С. Семиряга, Н. С. Симонов, В. П. Попов, Е. Н. Евсеева, Р. А. Белоусов, Л. А. Донскова[1]), которые традиционно ссылаются на заключение «Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и причиненного ими ущерба гражданам, колхозам, общественным организациям, государственным предприятиям и учреждениям СССР», которую с момента ее создания в ноябре 1942 года возглавил председатель ВЦСПС Николай Михайлович Шверник, сумма прямого ущерба народному хозяйству СССР в годы Великой Отечественной войны составляла 679 млрд. руб. (128 млрд. долл.), что в 5,5 раза превышало довоенный национальный доход СССР[2]. В целом же все материальные потери Советского Союза оценивают астрономической суммой в 2 трлн. 569 млрд. руб., то есть треть своего национального богатства. Причем львиная доля этих потерь (порядка 70%) пришлась на оккупированные территории европейской части СССР. Хотя следует признать, что целый ряд авторов (Г. И. Ханин, Н. Поульсен[3]) по разным обстоятельствам критически оценивают указанные цифры, в том числе по общему масштабу материальных потерь. Между тем практически все авторы согласны, что особо тяжелый урон был нанесен промышленному производству, где было разрушено почти 65 тыс. промышленных предприятий. При этом наибольшие потери понесли такие отрасли, как черная и цветная металлургия, нефтяная, угольная и химическая промышленность, электроэнергетика и тяжелое машиностроение. Так, по данным главы Госплана СССР Николая Алексеевича Вознесенского, за время войны были уничтожены, повреждены или вывезены 175 тыс. металлорежущих станков и 34 тыс. молотов и прессов, а общий объем недополученной промышленной продукции составил 307 млн. тонн каменного угля, 38 млн. тонн стали, 72 млрд. кВт. ч электроэнергии и т.д.[4]
В то же время, по данным официальной статистики, общий уровень промышленного производства в годы войны снизился лишь на 8% по сравнению с довоенным уровнем. Причины такого положения вещей состояли в том, что в первые месяцы войны была проведена невиданная по своим масштабам эвакуация, когда в кратчайшие сроки в восточные регионы страны было вывезено не менее 2,6 тыс. и введено в строй более 3,5 тыс. крупных промышленных предприятий, прежде всего военно-промышленного назначения. В результате предпринятых мер, имевших исключительно важное значение для исхода противостояния с невероятно мощным врагом, обладавшим огромным экономическим потенциалом почти всей оккупированной Европы, только в период войны индустриальная мощь Урала выросла в 3,6 раза, Западной Сибири — в 2,8 раза, а Поволжья — в 2,4 раза. Таким образом, при общем сокращении промышленного производства отрасли тяжелой индустрии — так называемая группа отраслей «А» — превысили довоенный уровень на 12%, и в результате этого удельный вес производства средств производства в общем объеме промышленного потенциала страны вырос до 75%. Понятно, что такой результат во многом был достигнут и за счет резкого падения производства средств потребления, т.е. группы отраслей «Б», прежде всего легкой, текстильной и пищевой промышленности. Так, в 1945 году выпуск хлопчатобумажных тканей составлял лишь 40% от довоенного уровня, кожаной обуви — 30%, сахара-песка — 20% и т.д. Таким образом, война не только нанесла колоссальный материальный ущерб всему промышленному производству страны, но и способствовала изменению как ее географической «прописки», так и всей отраслевой структуры. Поэтому в некотором смысле Великую Отечественную войну можно рассматривать как очередной, но весьма своеобразный (и в чем-то даже специфический) этап дальнейшей индустриализации страны.
По данным той же Чрезвычайной комиссии, во время войны было разрушено почти 65 тыс. км железнодорожных путей, 91 тыс. км шоссейных дорог, тысячи мостов, множество речных судов, портовых сооружений и линий связи. В результате общий объем грузовых перевозок к концу войны стал почти на четверть, а речного и автомобильного транспорта — почти наполовину меньше, чем накануне войны. Колоссальные потери понесло и сельское хозяйство страны: в годы войны было разрушено более 73 тыс. сел и деревень, около 100 тыс. колхозов и совхозов и почти 2,9 тыс. машинно-тракторных станций, где были уничтожены или серьезно повреждены 137 тыс. тракторов и 49 тыс. комбайнов. Трудоспособное население советской деревни уменьшилось почти на 30%, энерговооруженность сельского хозяйства упала на 40%, поголовье лошадей сократилось на 7 млн. голов, крупного рогатого скота — на 17 млн. голов, свиней — на 20 млн. голов, а коз и овец — на 27 млн. голов. Посевные площади уменьшились почти на 37 млн. га, а средняя урожайность зерновых упала с 9 до 5,5 ц с га. Общая валовая продукция сельского хозяйства сократилась почти на 40%, производство зерна и хлопка — на 200%, а производство мяса — на 45%[5]. Кроме того, в ходе активных боевых действий и варварской политики нацистских оккупационных властей на территории СССР помимо десятков тысяч сел и деревень были полностью
