в итоге «изобрести» новую модель экономического развития».
Как известно, Госэкономсовет СССР был образован 20 февраля 1959 года Постановлением Совета Министров СССР № 209 «в целях всестороннего изучения экономических вопросов, возникающих в ходе хозяйственного и культурного строительства, а также рассмотрения предложений по развитию производительных сил страны»[647]. Его председателем был назначен все тот же И. И. Кузьмин, возглавлявший Госплан и руководивший подготовкой всех «Директив семилетнего плана», а новым главой Госплана стал еще один зампред Н. С. Хрущева по правительству — А. Н. Косыгин. Затем, 11 мая 1959 года, очередным Постановлением СМ СССР № 489 была утверждена структура Госэкономсовета, включавшая Секретариат и восемь отделов: Отдел общих экономических проблем развития народного хозяйства, Отдел экономических обобщений, Отдел размещения производительных сил и комплексного использования природных ресурсов, Отдел экономики и развития тяжелой промышленности, Отдел по топливно-энергетическим проблемам, Отдел экономики и развития производства предметов народного потребления и товарооборота, Отдел экономики и развития транспорта и Отдел экономики и развития сельского хозяйства. Поначалу Госэкономсовет совсем не обладал управленческими полномочиями, а штат его сотрудников насчитывал всего 190 человек (против 2500 сотрудников Госплана)[648]. Более того, изучение протоколов 10 заседаний его Коллегии с августа 1959 по апрель 1960 года показывает, что его научно-аналитическая работа состояла в составлении долгосрочных прогнозов, экспертизе проекта плана на 1960 год, разработке методики расчета экономической эффективности капвложений, снижения издержек и ценообразования в отдельных отраслях народного хозяйства. По сути, «Госэкономсовет являлся всего лишь консультативным органом Совета Министров СССР и его влияние на разработку и принятие экономических решений было минимальным»[649].
Архивные документы подтверждают и свидетельство С. Н. Хрущева, что его отец «с самого начала вхождения во власть пытался создать на базе совета некую структуру, обеспечивающую поступление свежих, плодотворных идей наверх, но без особого успеха»[650]. Впрочем, возможно, в 1959 году лично Н. С. Хрущев все еще не решил, какими полномочиями и функциями наделить Госэкономсовет, и окончательно концепция этого госоргана сформировалась у него только к концу того же года, когда в ноябре И. И. Кузьмин представил ему проект нового Положения о Госэкономсовете, где значительно расширялись его функции. По этому проекту на Госэкономсовет возлагались перспективное планирование, подготовка предложений по очень широкому кругу вопросов развития советской экономики, изучение основных направлений развития экономических связей и разделения труда между всеми соцстранами, а также изучение экономики буржуазных государств. С этой целью предполагалась организация экспертных комиссий и более двух десятков постоянных секций по разработке различных направлений развития советской экономики, что, по мнению В. Л. Некрасова, привело бы к трансформации «Госэкономсовета из консультативного органа в системе Совета Министров СССР в центральное учреждение, способное оказывать серьезное влияние на разработку и принятие экономических решений».
Реакция на эти предложения И. И. Кузьмина была различной. Так, глава Госкомитета по автоматизации и машиностроению А. И. Костоусов, поддержав их почти по всем пунктам, особо подчеркнул, что «основным содержанием плана работы Госэкономсовета на ближайшее время должна явиться разработка проблем… перспективного 15-летнего плана развития народного хозяйства Советского Союза». А новый председатель Госплана А. Н. Косыгин, напротив, занял резко негативную позицию по всем предложениям о расширении функций Госэкономсовета, считая, что последний будет дублировать работу его ведомства[651]. И надо сказать, что эти опасения А. Н. Косыгина вскоре оправдались, так как Госэкономсовету полностью передадут перспективное планирование и переподчинят ему Научно-исследовательский экономический институт, Научно-исследовательский институт планирования и нормативов, Вычислительный центр и даже Совет по изучению производительных сил АН СССР во главе с академиком В. С. Немчиновым.
Наконец, 13 января 1960 года на заседании Президиума ЦК был рассмотрен кузьминский проект Положения и замечания министерств и ведомств. В ходе заседания сам Н. С. Хрущев активно предалировал идею «существования двух Госпланов», однако А. Н. Косыгин в пику ему говорил о том, что в такой ситуации ни Госплан, ни Госэкономсовет будут просто «не в состоянии выполнять возлагаемые на них функции оперативного управления и перспективного планирования». По итогам заседания была создана рабочая комиссия в составе трех членов Президиума Совета Министров СССР Ф. Р. Козлова, А. Н. Косыгина и А. И. Микояна, секретаря ЦК Л. И. Брежнева, председателей Советов Министров РСФСР и УССР Д. С. Полянского и Н. Т. Кальченко и председателя Госплана РСФСР В. Н. Новикова.
Однако еще до завершения работы этой комиссии началось преображение Госэкономсовета из чисто консультативного органа в «центральное ведомство экономического реформизма». Уже 2 февраля 1960 года Совет Министров СССР принял Постановление № 111 «О составе Государственного научно-экономического совета Совета Министров СССР», в соответствии с которым его членами были утверждены ведущие советские экономисты: академики А. А. Арзуманян, В. С. Немчинов и С. Г. Струмилин, глава Института экономики АН СССР К. Н. Плотников, первый зампред ЦСУ СССР И. С. Малышев и др.[652] А 7 апреля 1960 года вышло совместное Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР № 388 «О дальнейшем совершенствовании дела планирования и руководства народным хозяйством»[653], закрепившее за Госпланом СССР «разработку вопросов текущего народнохозяйственного планирования и координацию хозяйственной деятельности всех союзных республик, а за Госэкономсоветом СССР — «всю работу по перспективному планированию», в том числе разработку планов на 5–7 и 20 лет. В итоге в Госэкономсовете произошло резкое увеличение числа его отделов с 11 до 37 и штатной численности с 190 до 1100 сотрудников[654].
Как уверяет В. Л. Некрасов, изучение архивных документов показывает, что ключевая идея, которую Н. С. Хрущев стремился воплотить в этой реформе, состояла в том, что именно Госплан СССР «должен стать экономическим барометром», обязанным «резко реагировать на всякие проявления нового в науке и практике и схватывать новое и заменять старое»[655]. Поэтому в ходе этой реформы «должно было произойти внедрение практики «непрерывного планирования», более широкое использование экономико-математических методов и электронно-вычислительных машин (ЭВМ) при разработке планов, вовлечение ученых в подготовку экономических решений». Более того, одним из важнейших новшеств этой реформы было «создание механизма взаимного контроля» двух ведомств, «предусматривавшего, что Госплан представляет в Совет Министров СССР заключения по проектам перспективных планов…, а Госэкономсовет — заключения по проектам годовых планов»[656]. Однако на практике этого не произошло, и все благие пожелания Н. С. Хрущева стали еще одним роковым ударом по сталинскому Госплану, который стали громить еще летом 1955 года.
Понятно, что проведение новой реформы повлекло за собой и скорую смену руководства Госэкономсовета: в апреле 1960 года И. И. Кузьмин был отправлен в традиционную «почетную» отставку — послом в Швейцарию, а
