С. Хрущев в ускоренном режиме продолжил разгром сталинской модели советской экономики. Так, уже 14 апреля 1956 года по его инициативе принимается Постановление ЦК и Совета Министров СССР № 474 «О реорганизации промысловой кооперации», которое 21 мая было продублировано аналогичным Постановлением Совета Министров РСФСР, поставившими «жирный крест» на этой важной отрасли народного хозяйства страны[546]. В этом документе было прямо указано, что поскольку «многие предприятия промысловой кооперации перестали носить характер кустарно-кооперативного производства и по существу не отличаются от предприятий государственной промышленности» и «современный уровень производства этих предприятий и их техническое оснащение требует изменения формы управления и более квалифицированного технического руководства», то ЦК КПСС и Совет Министров СССР постановляют: 1) «Признать необходимым реорганизовать промысловую кооперацию, передав ее наиболее крупные специализированные предприятия в ведение республиканских министерств соответствующих отраслей промышленности и областных и городских Советов депутатов и трудящихся, а торговые предприятия и предприятия общественного питания — в ведение местных торгующих организаций системы министерств торговли и потребительской кооперации союзных республик»; 2) «Установить, что передача государственным органам предприятий промысловой кооперации производится безвозмездно со всеми активами и пассивами по балансу»; 3) «Считать целесообразным сохранить в настоящее время в промысловой кооперации союзных республик артели инвалидов…, артели, применяющие в основном надомный труд, артели народных художественных промыслов и другие артели, которые по своему характеру производства не могут быть переданы в ведение государственных органов». Кроме того, было дано прямое указание «упразднить Центральный совет промысловой кооперации СССР (Центропромсовет)» и обязать его Правление «в двухмесячный срок передать Совету промысловой кооперации РСФСР все свои учреждения, организации, предприятия, учебные заведения, стройки, все его имущество и денежные средства, а также архив и представить в Министерство финансов СССР» его ликвидационный баланс. Наконец, «под закуску» Комитету по физической культуре и спорту СССР было передано руководство и контроль за работой Всесоюзного добровольного спортивного общества промысловой кооперации «Спартак».
Кстати, как установил П. Г. Назаров, уже тогда реорганизация всей системы кооперативной промышленности задумывалась Президиумом ЦК и Советом Министров СССР как ее поэтапная национализация. И только крайне резкая, а главное, аргументированная позиция по данному вопросу тогдашнего зам. председателя Промсовета РСФСР (РПС) А. П. Заговельева, которого активно поддержал тогдашний глава Совмина РСФСР М. А. Яснов, на время остудила экспроприаторский пыл Н. С. Хрущева и его клевретов[547]. Однако уже после совнархозовской реформы в недрах Совмина РСФСР быстро родился проект Постановления «Об организации управления промышленностью местного подчинения», в подготовке которого активное участие приняли два зампреда Совета Министров РСФСР — новый председатель республиканского Госплана Н. К. Байбаков и куратор местной промышленности Д. И. Алехин. Уже в июле 1957 года они направили свой проект на согласование «второму человеку» в Бюро ЦК КПСС по РСФСР А. Б. Аристову. И тогда же альтернативную записку с возражениями против данного проекта по тому же адресу послал и тогдашний глава РПС А. К. Зернов. И, как ни странно, с его доводами в аппарате ЦК неожиданно согласились, хотя строптивый А. К. Зернов тут же, по настоянию Д. И. Алехина, был снят со своего поста и переведен на хозяйственную работу в Ленинград[548]. Между тем уже в конце декабря 1957 года А. П. Заговельев, сменивший своего предшественника на посту председателя РПС, направил новое письмо стремительно набиравшему политический вес кандидату в члены Президиума ЦК, новому главе Совмина РСФСР Ф. Р. Козлову с просьбой воспрепятствовать дальнейшей передаче артелей в государственную промышленность[549]. К нему прислушались, и очередной реорганизационный зуд вновь приутих, что позитивно «отразилось на деятельности промысловиков». Однако передышка длилась недолго, и уже в апреле 1959 года министр финансов СССР А. Г. Зверев предпринял новую атаку на кооператоров. То, что главным «закоперщиком» новой атаки «выступил именно он», по мнению А. А. Пасса и П. А. Рыжего, было вполне «закономерно»[550]. Дело в том, что отношения промысловиков с госбюджетом строились следующим образом: около 60% всех денежных поступлений изымалось в государственную казну в виде налога с оборота, подоходного налога, налога на строения и земельной ренты (получателями двух последних платежей были исполкомы местных советов). Оставшаяся же часть, принятая за 100%, распределялась по нормативам, которые давно были согласованы между Совмином РСФСР и РПС. В тот период эти статьи расходов выглядели так: 48% шли в основной фонд самих артелей, по 20% — в централизованный фонд долгосрочного кредитования (ФДК) и на дивиденды членам артели, а 12% — на физкультурно-спортивную работу и в два фонда — улучшения быта и премирования. Таким образом, в реальной возможности промкооперации использовать свою прибыль и состояло ее самое главное преимущество по сравнению с госпредприятиями, где без санкции высокого начальства нельзя было потратить ни рубля. Между тем все средства ФДК, хранившиеся в Торгбанке СССР, по оценкам П. И. Яковлева, к тому времени исчислялись огромной суммой в 6,5 млрд. руб.[551] Тогда как все оборотные средства и амортизационные отчисления, хранящиеся в Госбанке СССР, насчитывали всего 1,9 млрд. руб.
В этой ситуации А. П. Заговельев вновь обратился за поддержкой в Совмин РСФСР, уже к новому его главе Д. С. Полянскому, и вновь ему удалось отстоять промкооперацию, так как А. Б. Аристов и Д. С. Полянский отказали Минфину СССР в его «просьбе» преобразовать промкооперацию. Вдохновленный новой победой, в феврале 1960 года на III съезде РПС А. П. Заговельев даже заявил о том, что ближайшие 15 лет будут временем ее дальнейшего подъема. Однако совершенно неожиданно через четыре месяца Пленум ЦК принял поистине роковое решение. Как уверяют специалисты, каких-то архивных свидетельств о подготовке или обсуждении данного решения до сих пор не обнаружено. Однако интервью, взятые историком П. Г. Назаровым у ряда современников тех событий, позволяют заключить, что его приняли под влиянием сиюминутных настроений. Якобы на одном из партийных совещаний, где зашел разговор об отдельных недостатках в работе артелей, уставший А. И. Микоян предложил «совсем их ликвидировать» и это предложение было сразу принято[552].
Окончательный удар по всей промкооперации был нанесен очередным Постановлением ЦК и Совета Министров СССР от 20 июля 1960 года № 784 «О промысловой кооперации», в котором было прямо сказано: «1) Признать целесообразным упразднить промысловую кооперацию и передать ее предприятия в ведение государственных органов; 2) Поручить Советам Министров союзных республик обеспечить передачу до 1 октября 1960 г. предприятий промысловой кооперации в ведение государственных органов… и о результатах доложить Совету Министров СССР к 15 октября 1960 г.»[553] В итоге уже 24 сентября 1960 года член Президиума ЦК председатель Совета
