Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Вот он замер.
И начал медленно поднимать свой лук, или как его… арбалет.
Он готов уже был спустить тетиву, как совсем близко раздался резкий звук дудочки. Той самой дудочки.
Князь выстрелил и тут же закричал:
— Как ты посмел! Ты мне под руку заиграл! Я же из-за тебя промахнулся.
— А я нарочно! — раздался голос из-за шалаша. — Вы знаете, князь, что диких животных осталось так мало, что каждая особь на счету. Я вам столько раз говорил — стреляйте в людей!
— Да пошел ты! — закричал в ответ великий князь и кинулся вперед.
Резким движением он откинул груду сухостоя, и глазам изумленного Берии предстал еще один железный щит, на котором ярко и аляповато во весь рост был изображен лежащий тигр с гнусной ухмылкой на роже.
Стрела вонзилась в щит где-то возле тигриного хвоста.
Берия тоже сделал шаг вперед, чтобы получше разглядеть это диво, но Николай Николаевич услышал, как треснула ветка, и крикнул:
— Не подходите, Лаврентий Павлович. Вы же видите, он только легко ранен и раздражен. Если он бросится, я не смогу вас защитить.
— И не надоело? — С другой стороны шалаша появился согнутый человек с деревянной дудкой в длинных угловатых пальцах. — Ваши звери — беспомощные жертвы дворянского произвола. Скоро в наших лесах перестанут водиться тигры. Разве мало вам того, что вы перебили всех динозавров!
— Вот это вы зря, Бетховен! — откликнулся Николай Николаевич. — Никто вам не поверит. Динозавры вымерли сами, вам каждый ребенок скажет.
— У нас детей нет!
— Не исключено, что будут. — И великий князь расхохотался.
— Лучше убивайте людей. — Человек по имени Бетховен, совершенно на Бетховена непохожий и даже не глухой, показал дудочкой на Лаврентия Павловича: — Не зря же я его сюда заманил.
— Так это ваша работа!
Они забыли о Лаврентии Павловиче, будто он был и не человеком вовсе, а какой-то мошкой, на которую можно, не заметив, наступить. Конечно же, после радиации остались только психи.
— Моя, Николай Николаевич, моя! Я его отыскал в подвале, в тюрьме. И не зря отыскал. Великий мерзавец.
— Почему же вы так решили?
— Я куда моложе вас, великий князь. И прибыл сюда только в прошлом году. А раз так, то как бы застал его там. В тюрьме узнал о его печальном конце — у нас многие говорили. А потом кинули к нам в камеру одного капитана — бывшего капитана, не эмвэдэшного, а армейского, и тот сказал, что был в охране Берии, которого вроде бы не расстреляли, а приберегли для следующего случая. А он потом исчез. Вот вдруг подумал, а не наш ли это случай?
— Вы мне надоели, Бетховен, — сказал Николай Николаевич. — Я даже подозреваю, что вы вовсе не Бетховен. У него была совершенно другая прическа.
— Так вы думаете охотиться на этого вот, Берию?
— Я должен сейчас охотиться?
— Ну сколько вам нужно говорить! Я для вас выманил этого мерзавца.
Николай Николаевич глядел на Берию, и во взоре его не было никакой решимости.
— А я хотел еще слона поискать, — сказал он наконец.
— По-моему, вы здесь посходили с ума, — сказал Бетховен. — Я даю вам уникальную возможность избавить наш свет от убийцы и злодея, а вы предпочитаете слона.
— Погодите, погодите, — решил воспользоваться заминкой Лаврентий Павлович. — Почему никто не хочет выслушать моего мнения?
— Помолчи, я таких, как ты, уже выманил с полдюжины. И буду ловить!
— Бетховен прав, — сказал Николай Николаевич.
— Я требую открытого суда! Вы докажите, что я виноват! — Берия смотрел на князя.
— А он дело говорит! — сказал великий князь. — Займитесь, коллега, составом суда, подбором присяжных, и чтобы все как положено.
Великий князь пошел дальше по берегу речки, высоко поднимая ноги. Его сапоги блестели, несмотря на грязь.
— Ну что, выкусил? — спросил Лаврентий Павлович. — Никакой ты не Бетховен, и мы еще выясним, кто ты такой.
— Здесь каждый выбирает имя, которое ему больше всего подходит. Должна же где-то быть свобода!
Они стояли по щиколотку в грязи, и понятно было, что никакого вреда друг другу они причинить не могут. Лаврентий Павлович, хоть и исхудал во время заключения и суда, сил не прибавил — он и выглядел бывшим толстяком. Пожилым, скорее немощным, даже если в молодости и отличался силой. Впрочем, никогда Лаврентий Павлович не отличался ни силой, ни ростом, ни красотой — все вместе это вело к желанию повелевать. И он присоединился к неистребимой армии претендентов на мировое господство, которые провели лучшие годы, набираясь сил. Присоединился — чтобы отомстить девочке Наде Иоселиани, презревшей его в шестом классе. А когда он достигнет таких высот, что может сказать: «Теперь ты будешь у меня в ногах ползать, умолять, чтобы я тебя в койку на ночь взял, иначе я весь твой род в порошок сотру», оказывается, что Надя не представляет уже интереса — пускай остается на своей коммунальной кухне со своими тремя шелудивыми ублюдками и алкоголиком-мужем!
Его противник был повыше ростом, зато худ и сутул. У него были печальные шоколадные глаза на очень белом лице, удрученном корявым носом.
И тут Лаврентий почуял, что враг не уверен в себе.
Нет, музыкант по кличке Бетховен не чета министру Госбезопасности!
— Что же еще тебе капитан наплел? — спросил Берия.
— Он рассказал, где вас содержат. Он сказал, что вам лично товарищ Хрущев велел писать воспоминания, то есть доносы. А потом вас все равно расстреляют, потому что для всех вы уже расстрелянный.
— А какой твой интерес?
— Я подумал: такая сволочь, как вы, если дотянет до Нового года, наверняка попытается к нам прорваться. Надо было сегодня проверить.
— Почему сегодня?
— Потому что сегодня первое января. С Новым годом, товарищ Лаврентий Павлович Берия!
— С каким еще годом?
— С наступившим. Вот я и пошел проверить. И решил, что если я, к сожалению, угадал, то обязательно вас уничтожу. Хватит у нас здесь своей нечисти.
— А чего же не уничтожил?
С каждым словом Берия как бы наливался силой, словно русский богатырь, прижавшийся к земле.
— Вы же понимаете… я не умею убивать. Я надеялся на великого князя. Если я вас выманю, он обещал вас подстрелить. Но промахнулся.
— И что же будем делать? — спросил Лаврентий Павлович.
— Не знаю, — признался музыкант.
— А на самом деле как тебя зовут?
— Семен Матвеевич, Гуревич Семен Матвеевич.
— А кличку себе придумал — Бетховен. Чтобы я не догадался о национальности? Ну и порода,
- Чужак 9. Маски сброшены. - Игорь Дравин - Фэнтези
- Академия Тьмы "Полная версия" Samizdat - Александр Ходаковский - Фэнтези
- Марсианин - Александр Богатырёв - Боевая фантастика
- Здесь обитают чудовища [Глазом чудовища. Здесь обитают чудовища ] - Андрэ Нортон - Фэнтези
- Тебе, простой марсианин! - Кир Булычев - Фэнтези
- Ведьмак: Алиса (ЛП) - Джозеф Дилейни - Фэнтези
- КиберМагикС - Алексей Владимирович Галушкин - Детская фантастика / Фэнтези
- Та, что гуляет сама по себе - Ева Софман - Фэнтези
- История Дарэта Ветродува - Александр Смолин - Фэнтези
- Космические приключения кота Персика - Ольга Прусс - Боевая фантастика / Космическая фантастика / Юмористическая фантастика