ЛибКинг » Проза » Историческая проза » Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава
Читем онлайн Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 ... 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 99
еще. Другие говорили, что он приехал в Кувейт в поисках работы. Сабах была уверена, что он приехал, чтобы найти жену. «Я слышала, его мама в Палестине очень хочет, чтобы он женился», – сказала она.

Но теперь я знаю, что переезды с места на место – это всего лишь то, что приходится делать изгнанникам. Какова бы ни была причина, земля под нашими ногами никогда не бывает твердой.

* * *

Той весной 1985 года я бесстыдно флиртовала с Мухаммадом. Сначала это была игра, негласное соревнование между мной и Сабах. Но когда я поняла, что он не проявляет интереса, то потратила уйму времени, выслеживая его, чтобы подстроить несколько «случайных» встреч на лестничной клетке нашего дома. Он был действительно красив, и я вдруг осознала, что постоянно думаю о нем, несмотря на нашу разницу в возрасте.

– Поздравляю, Нахр. – Сабах закатила глаза. – Ты бросила ему «привет» на лестничной клетке. Это прорыв.

Я наслаждалась реакцией Сабах, которую воспринимала как ревность.

– И не просто «привет», – сказала я и добавила, что он планирует пойти на свадьбу, которую устраивают соседи. – Сказал, что хочет увидеть, как я танцую, – соврала я.

Все вокруг взвизгнули, но Сабах не проронила ни слова.

Мой план сработал. И хотя мама в тот день заставила меня прекратить танцевать после нескольких песен – «Это уже слишком, Нахр!» – сказала она, – я знала, что привлекла его внимание. В тот вечер он не мог отвести от меня глаз. Я мало что помню о том лете, лишь то, как сообщила подругам, что нашла человека, предназначенного мне Богом.

Мы с Мухаммадом регулярно встречались на пляже, в парках и торговых центрах. Мои подруги, даже Сабах, прикрывали меня перед мамой. Он рассказывал мне истории о жизни в Палестине, которые сильно отличались от историй бабушки и родителей. В его Палестине молодежь веселилась всю ночь – они танцевали на вечеринках, ходили в кафе, парки и клубы. В то время палестинцам все еще разрешалось посещать средиземноморский пляж, и мы говорили о нашей общей любви к океану. Он хотел узнать о моей жизни. Он не любил пустынную жару и с трудом приспосабливался к ней в Кувейте. Он сказал, что уехал бы несколько недель назад, если бы не встретил меня. «Твоя дружба значит для меня очень многое», – сказал он. Он казался уязвимым и нуждался во мне, поэтому-то я и поверила, что люблю его. Я сказала ему об этом. Несколько месяцев спустя он и семья его тети были в нашем доме и просили моей руки.

Я нафантазировала себе сказочную любовь и секс, собственный дом, детей и работу, как у всех прогрессивных женщин, – возможно, в качестве секретарши в элегантном костюме, словно с обложки женских журналов. Все мысли занял выбор новейшей бытовой техники, подходящей для жизни, о которой я мечтала. Стиральная машинка, которую мы включали раз в полгода – и, чтобы отжать воду, каждую вещь вручную приходилось прокатывать между валиками, – никуда не годилась. А у кого-то были даже посудомойки, которые мыли, споласкивали и сушили посуду. Я хотела такую, и Мухаммад пообещал, что у меня она будет. Я вообразила, как все подруги мне завидуют.

Ситти Васфия была рада, хотя и с подозрением отнеслась к бытовой технике. «Я не доверяю машинам мытье посуды. Они не моют ее дочиста. У вас заведутся жуки. И ноги моей не будет в вашем доме», – предостерегала она.

Мама советовала мне не торопиться с принятием такого важного решения. Она считала, что Мухаммад слишком взрослый для меня, и годы спустя призналась, что чуть было не запретила мне выходить за него замуж, но мой безудержный энтузиазм и восторг заставили ее усомниться в своих инстинктах. «Ты была самой яркой личностью в семье, и, не осознавая этого, мы уступали твоим желаниям», – сказала она мне. Я думала тогда, что мамины сомнения – плод неуместного беспокойства той, чей брак не сложился, и рассудила, что моя история начнется не так, как ее.

Моему брату, Джехаду, было неуютно в роли мужчины в доме, которую традиция обязывала его выполнять, хотя ему было всего одиннадцать.

– Не важно. Мне все равно, Нану. Просто покончи с этим уже наконец. Я не думаю, что смогу выдержать еще хоть одну подобную формальность! – сперва сказал он. Позже, когда он понял, что я собираюсь съехать из нашей квартиры, он попытался самоутвердиться.

– Как мужчина в семье, я настаиваю, чтобы Нану продолжала жить здесь. Она может навещать своего мужа, но не может жить с ним, – заявил он накануне нашей помолвки. Гостей это позабавило.

– Как мило, – сказал кто-то из них. В тот вечер у Джехада случился приступ астмы, и я всю ночь пролежала в его постели, позволяя ему выплакаться у меня на груди, шепча обещания, что никогда не уеду далеко и всегда буду рядом, когда понадоблюсь.

На самом деле Джехад был не единственным мужчиной в семье. Братья моей матери пришли, чтобы выполнить общественный долг и представлять меня в официальных разговорах о выкупе и других практических аспектах брака. Мои родные не признавали излишеств, которых требовали иные, но и отдать меня просто так они не могли. Они не хотели отпугивать моего молодого воздыхателя, но я не была оборванкой, недостойной приличного выкупа. Мама сказала, что мы должны подумать о том, что может позволить себе молодой человек. «Но мы должны быть уверены, что о тебе позаботятся. Поэтому его семья должна показать нам, что они настроены серьезно», – добавила она.

Незадолго до завершения обсуждений тетя Мухаммада сообщила новость, которая чуть все не разрушила.

– Мы предполагаем, что свадьба обойдется минимум в восемь тысяч динаров, и готовы заплатить десять тысяч. Но нам придется немного подождать.

– Подождать?

– Его брата, Биляля, только что заключили в тюрьму, а его мать не может поехать в Кувейт на свадьбу, потому что Израиль может конфисковать ее дом, если она уедет. Было бы неправильно и неуважительно со стороны Мухаммада, старшего сына, устраивать свадебное торжество в таких обстоятельствах, – сказала тетя Мухаммада.

С ее логикой было трудно поспорить, но они также понимали, какому унижению я подвергнусь, вступив в законный брак, но отказавшись от торжества. Мама предложила отложить свадьбу, но окончательное решение было за мной. В конце концов я выбрала тысячу динаров, золотую шабку за две тысячи динаров и муахар в две тысячи динаров. Семья Мухаммада также сняла и обставила мебелью супружескую квартиру и открыла совместный счет на десять тысяч динаров, чтобы потратить их на нашу свадьбу через

1 ... 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 99
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава бесплатно.
Похожие на Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава книги

Оставить комментарий

Copyright LibKing.com © 2024 | Все права защищены.

pbn.book@gmail.com