ЛибКинг » Проза » Историческая проза » Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава
Читем онлайн Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 ... 88 89 90 91 92 93 94 95 96 ... 99
в цивилизованный вид к завтрашнему дню».

Я не умолкала, пока меня вытаскивали в коридор; там суетились журналисты, которых оттесняла полиция. В этот момент я пела «Габбар», растягивая до бесконечности последний слог: «Габба-а-ар», – пока один из охранников не зажал мне рот ладонью. Я лизнула его ладонь, следуя совету Умм Бурак не реагировать предсказуемо. Он рефлекторно отдернул руку, а затем сжал мою челюсть так сильно, что на щеках остались синяки.

Меня поместили в металлическую коробку, где до самого утра не выключались яркий свет и громкая музыка. А наутро поволокли обратно в военный суд. Моя голова поникла от тяжести темных мешков под глазами. На второй день в зале не было никого, кроме сотрудников суда. Я что-то тихо напевала себе под нос, но охранники заткнули мне рот тряпкой и заклеили его скотчем. Судья начала заседание с того, что выдворила прессу, предварительно возложив на нее ответственность за то, что они дали трибуну террористке, которая покусилась на святость ее суда и, в более широком смысле, израильской демократии. Однако, добавила она, она рада видеть, что теперь я веду себя прилично.

Я попыталась собраться с силами, чтобы пропеть что-нибудь сквозь кляп, но свобода моего сопротивления застряла у меня в горле, и я подавилась ею. Мое тело онемело от тишины и истощения. Я была благодарна уже за то, что не приходилось терпеть ослепительный свет и оглушительную музыку. Моя голова бессильно упала, глаза сомкнулись, а когда я вновь их открыла, то была уже в фургоне, а затем и в Кубе.

Долгое время я не знала, за что меня судят, – все заседания проходили на иврите, – но предполагала, что это каким-то образом касалось водопровода и фталатов. В первые дни в Кубе под дверь подсовывали вырезки из арабских газет – возможно, чтобы сломить меня. На пожелтевших фото – мое позабытое девятнадцатилетие: я танцую в толпе голодных глаз, один из мужчин осыпает меня деньгами. Их лица были скрыты, но не редакцией газеты. Умм Бурак сделала это много лет назад, когда я заставила ее передать фотографии Абу Муасу. Я не знаю, как израильской разведке удалось их заполучить, но полагаю, что она просто по слухам вышла на Абу Муаса. И возможно, Абу Муас увидел возможность наконец отомстить мне за то, что я опустошила его банковский счет много лет назад.

Я уставилась на эти фотографии, поначалу даже не обратив внимания на заголовок. Я подумала, как это огорчит мою семью. Какой стыд. Мне стало легче от мысли, что я заперта здесь, пускай мне до боли хотелось увидеть родных.

Затем я заметила и заголовок статьи: «Чудесна или чудовищна?» Похоже, пресса освещала мой процесс, и некоторых вдохновило то представление, что я устроила из судебных заседаний. Израиль не смог подвергнуть цензуре кадры, на которых было видно, как палестинская женщина в наручниках унижает их суд и подрывает их авторитет. Я ничего об этом не знала, пока не прочитала статью. И в том же материале я впервые узнала, что мне вменяли «терроризм». Конечно, я и сама это понимала, догадывалась по деталям допроса, но то было официальное подтверждение. В статье утверждалось, что я помогала Билялю готовить несколько терактов, один из которых они окрестили «тихим терроризмом». Это была установка той самой, скрытой водопроводной системы.

Израиль пытался замять множество подробностей дела, чтобы не давать другим повода для подражания.

А слава Биляля между палестинцами тем временем только крепла, особенно пока он оставался на воле. Власти же, напротив, объявили, что он, наверное, уже мертв, что и к лучшему, ведь он был ни много ни мало «восходящим Гитлером». Они и Саддама когда-то называли Гитлером. Для них Гитлером становился любой неугодный лидер.

Если Израиль и знал о масштабах того, что мы сделали с трубой, то публично этого не показывал; СМИ преуменьшали последствия нашей диверсии, одновременно раздувая сам факт преступления. Во время одного из интервью в Кубе репортеру разрешили показать мне статью. В ней говорилось:

Хотя именно террористы причастны к повреждению водопровода, болезни поселенцев вызваны неправильным применением пестицидов. Первоначальная версия расследования подтверждается.

Мы с Билялем давно смирились с последствиями (хотя разве можно смириться по-настоящему?) – с полным уничтожением рощ и садов, а также сносом нашего дома. Все это произошло еще до суда надо мной. По сравнению с тем, что выпало на долю других, это была малая цена.

VII. Между свободой

Куб, недостижимое запределье

Первоначальный шок от чтения газетных вырезок быстро прошел. Чувства здесь притупляются. Воспоминания стираются. Остаются только голые факты, лишенные былого эмоционального отклика. В этом месте я не плачу. Здесь не хватает простора, чтобы сердцу сдвинуться с мертвой точки. Нет ветров, что могли бы вновь заставить его трепетать. Тишина здесь – не отсутствие звуков, а присутствие плотной, неподвижной субстанции. Подобно темной материи в космосе, здешняя тишина – это живая сила, что просачивается во все углы и щели. Я привыкла зависеть от нее.

Я пробыла здесь так долго, что мои волосы – теперь почти совсем седые – успели трижды отрасти до поясницы, после того как их сбривали почти у самого корня. Я все еще не знаю, жив ли Биляль. Будь он мертв, и если бы Израиль это знал, весть дошла бы и до меня: такие новости просачиваются сквозь любые преграды. Из переданных записок и редких разговоров я постепенно узнала, что в тот день скоординированные атаки Биляля убили двадцать четыре израильских солдата и ранили двенадцать. Для Израиля это был сокрушительный удар, заставший их врасплох. Они никак не ожидали, что партизанское сопротивление выйдет против них с арбалетами и аэрозолем от шершней. Часть стрел была отравлена растительными ядами, все компоненты которых нашли в доме Гассана. Солдаты до этого много раз обыскивали его дом, не ведая, что оружие, которое он применит против них, прячется в тех самых комнатных растениях, что они так усердно крушили и которые Гассан потом просто пересаживал. Именно эти растения и придали правдоподобие утверждению Израиля, будто Гассан был единственным организатором атак. Они-то знали, что это ложь, но им отчаянно нужно было поддерживать миф о собственном могуществе, а заявление о том, что лидер этой операции ускользнул, стало бы унизительным признанием в уязвимости.

Первая атака служила приманкой, чтобы оттянуть силы противника от основных целей. Она была проведена на отдаленном контрольно-пропускном пункте. Двое солдат были убиты шквалом стрел, выпущенных тремя нашими товарищами. Этот

1 ... 88 89 90 91 92 93 94 95 96 ... 99
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава бесплатно.
Похожие на Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава книги

Оставить комментарий

Copyright LibKing.com © 2024 | Все права защищены.

pbn.book@gmail.com