ЛибКинг » Проза » Историческая проза » Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава
Читем онлайн Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 ... 15 16 17 18 19 20 21 22 23 ... 99
чтобы побыть наедине. Фифи была студенткой, и я часто заставала ее там с книгами, разложенными на столе. Она в спешке собирала вещи и уходила. Странно, но я так ничего и не узнала ни о ней, ни о Сусу, даже их настоящих имен. Я продолжала работать в школе и бывала в квартире всего несколько часов в неделю. Мне было легко скрыть это от моей семьи, потому что у меня было много законных причин для того, чтобы не появляться дома: я делала брови клиенткам, ходила в торговый центр, встречалась с друзьями, выполняла кое-какие поручения.

Сусу дала мне таблетку, чтобы расслабиться, когда я впервые оказалась в квартире. Она также посоветовала мне солгать о своем возрасте.

– Скажи ему, что тебе шестнадцать. Тогда он быстрее кончит. Чем младше они тебя считают, тем быстрее они кончают, – сказала она.

Я сделала как она посоветовала. Он продержался сто семьдесят три секунды (я посчитала), заплатил четыреста динаров (я пересчитала дважды) и ушел. Через несколько недель он вернулся с дорогой золотой цепочкой и заплатил столько же, хотя пробыл меньше, чем полчаса. Были и другие. Каждый из них купил частичку меня и унес с собой навсегда. Я помню их всех.

Самым жалким из всех был Абу Насер. Женат, пятеро детей. Он происходил из богатой семьи. Его считали набожным, он был опорой своей общины и видным общественным деятелем. С трибун он говорил о добродетели, халифатах и лучших временах, когда мораль была вплетена в социальную и правовую ткань, которая плотно облегала женщин. Поначалу он вызывал у меня отвращение, но со временем я прониклась к нему сочувствием. Теперь, в Кубе, я благодарна ему. Абу Насер показал мне, что скрывается за показным благочестием. От него я узнала, кем на самом деле были те, кто устанавливал законы морали и притворялся более добродетельным, чем все остальные.

Я была одной из немногих, если не единственной, кто знал, какая клоака скрывалась в душе Абу Насера. Он верил, что дьявол ослабляет его решимость. Он всегда оправдывал нарушение Божьих законов формальностями. Он сказал, что технически это не грех, если он не прикоснется ко мне. Он всегда приходил ко мне, когда знал, что у меня месячные. Все, что мне нужно было сделать, – это отдать ему свои грязные трусы с окровавленной прокладкой и оставить его в покое. Он платил больше, если я весь день носила одну и ту же прокладку, не меняя. Еще больше за двухдневные выделения. Чем противнее, тем лучше. Он держал ее как драгоценный подарок и медленно подносил к лицу, вдыхая и одновременно надрачивая. Я сидела в той же комнате, но не могла смотреть на него (еще одна искупительная формальность на случай Судного дня). Но он делал все, чтобы я его слышала. Звуки маленького человечка, похожие на скулеж собаки, которые заставляли меня себя возненавидеть. Как только он заканчивал, то начинал плакать, его лицо было перепачкано моей кровью. Затем он проклинал меня.

– Искусительница! Пусть Бог накажет тебя за то, что ты заманила меня сюда. – Он молил Бога: – О Господь, я взываю к твоей милости, чтобы ты отвратил дьявола и его искусительницу.

Затем он бросал деньги на пол и выбегал, несомненно в мечеть, чтобы очистить свою душу. Но возвращался точно по расписанию, через двадцать восемь дней, когда месячные были наиболее обильны.

Однажды, когда у меня ничего не было для Абу Насера, он обвинил меня в том, что я ношу чьего-то внебрачного ребенка, назвал шлюхой и ушел. Через три дня он вернулся, чтобы извиниться за то, что совершил грех, опорочив честь женщины без доказательств. В своих извинениях он оправдал свой поступок, поскольку «технически» я не была порядочной женщиной с самого начала.

Он выбрал безупречный момент, потому что у меня как раз началось кровотечение. Я пошла в туалет и вышла оттуда с грязным тампоном, зажатым между кончиками пальцев. В тот раз он заплатил дополнительно. Как бы то ни было, но он был щедр.

Абу Муас был менеджером отделения банка, который чередовал жестокость и сентиментальность. Он хотел, чтобы я давала ему отпор, разыгрывала сцены изнасилования. Только я никогда не играла, потому что, хотя мне платили, это ощущалось как изнасилование, мои крики заглушала его рука. Иногда он заходил слишком далеко и оставлял синяки на моем теле.

Абу Муас принадлежал к редкому виду миткаутинов, палестинцев, получивших кувейтское гражданство, потому что его отец был высокопоставленным военным генералом до того, как Кувейт обнаружил на своей территории нефть. Большинство миткаутинов были интеллектуалами и родовитыми торговцами, которые гордились тем, что они палестинцы. Но Абу Муас скрывал свое палестинское происхождение и изо всех сил старался это отрицать. Однажды он ударил меня так сильно, что я потеряла сознание, а все из-за того, что я спросила, из какой деревни в Палестине его семья. Оказалось, что левая сторона моего лица опухла, потому что он разбил мне скулу.

Умм Бурак он никогда не нравился, и она советовала мне держаться от него подальше.

– Не пойми меня неправильно. Деньги есть деньги, но не такой ценой. Этот человек сумасшедший, – сказала она.

Но после того, как он разбил мне скулу, Умм Бурак навестила его в банке. Она тоже выбрала удачное время, появившись как раз в тот момент, когда его отец, генерал, был там с несколькими мужчинами, чтобы поздравить Абу Муаса с рождением его второго сына. Умм Бурак будто бы пришла оформить заем, но на самом деле своим присутствием она давала понять, что может устроить скандал и уничтожить его.

– У него все лицо побелело, когда он меня увидел, – позже рассказала Умм Бурак.

На следующее утро после происшествия, не зная, как объяснить маме свое заплывшее, покрытое синяками лицо, я улизнула из дома до того, как проснулась семья, и отправилась на работу в школу. Я специально упала на глазах у охранника, Абу Зака, доброго пожилого палестинца, который носил круглые очки с толстыми линзами и вставную челюсть, а время коротал за чтением Корана и суфийской поэзии. Он поспешил помочь, но не спросил, откуда у меня так быстро появились синяки на лице. Он знал, что это все показное, и подыграл мне. Он жалел меня, я это понимала, и от этого чувство стыда только крепло.

– Даст вам Бог долгих лет, амми, – сказала я. – Все хорошо. Всего лишь споткнулась.

Абу Муас слезно просил прощения. Он всегда так делал. Он говорил мне, что любит меня. Что я была первой женщиной, которую

1 ... 15 16 17 18 19 20 21 22 23 ... 99
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава бесплатно.
Похожие на Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава книги

Оставить комментарий

Copyright LibKing.com © 2024 | Все права защищены.

pbn.book@gmail.com