ЛибКинг » Проза » Историческая проза » Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава
Читем онлайн Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 ... 27 28 29 30 31 32 33 34 35 ... 99
столовые приборы, чтобы она их протерла и начистила до блеска. У нее был самый удобный матрас, и она поклялась Богом, что ее внук должен спать на нем, пока не поправится.

– Ты можешь занять мою кровать, – предложила я.

– Я ни за что не буду спать с коровами, – сказала она, отмахиваясь от меня. – Постели мне на полу, рядом с внуком.

Мы с мамой переглянулись.

– Нет. Так не пойдет. Твой храп не даст ему заснуть, – сказала я.

Она помолчала, проведя языком по зубным протезам.

– Хорошо. Об этом я не подумала. Я займу твою кровать, – сказала она и продолжила натирать ложки.

В тот вечер, измученные, мы рано легли спать. Ситти Васфия хотела, чтобы к возвращению Джехада ее постель была свежей, поэтому сразу же перебралась в нашу с мамой кровать. И даже там она продолжила жаловаться, что мы неправильно постирали простыни, недостаточно удобно заправили кровать, что ужин был слишком жирным и поэтому она, вероятно, не сможет заснуть, заболеет и не поедет забирать своего внука из больницы, и все из-за меня. Или из-за мамы. Или из-за нас обеих. Это заговор против нее. Она твердила это, пока не заснула.

Мы поднялись еще до рассвета и ждали в больничном холле разрешения навестить Джехада – а возможно, и забрать его домой. Сидя в ожидании, ситти Васфия бесконечно перебирала в пальцах четки и казалась такой хрупкой и маленькой.

Наконец появился наш адвокат с небольшой стопкой бумаг в руках и жестом пригласил нас следовать за ним. Освобождение Джехада было обеспечено.

– Аль-хамду ли-л-Лях, – мы втроем выдохнули. Хвала Господу!

Я помогла подняться ситти Васфии, и мы прошли за адвокатом в больничную палату, где в инвалидном кресле сидел Джехад. Мы тут же бросились к нему, в то время как адвокат, листая подготовленные документы, улаживал дела с охраной. Половина лица Джехада была плотно забинтована. Докторам не удалось сохранить ему глаз. Правая рука была в гипсе, а кисть и предплечье держались на четырнадцати штифтах. По официальному заключению, он упал, ударившись о неподвижные предметы таким образом, что получил тяжелую травму зрительного нерва, развившуюся на фоне глубоких роговично-склеральных повреждений, фрагментарного перелома скуловой кости и деформации канала зрительного нерва. Там было еще несколько медицинских терминов, которые я не понимала: многооскольчатые переломы пястных и фаланговых костей в области пястно-фаланговых суставов. Но, увидев нас, Джехад поднялся и поцеловал по очереди наши руки: сначала ситти Васфии, затем маме и мне. В тот день я испытала совершенно новое чувство радости. То особое счастье, что появляется, лишь когда жизнь отнимает все, оставляя только тех, кто по-настоящему дорог. В тот день осознание, что Джехад наконец в безопасности, сплотило и вернуло к жизни всех нас.

Когда мы вошли в квартиру, Джехад захотел отдохнуть. Мы вместе поели. Ел он мало, а говорил еще меньше. Невыносимо было видеть Джехада таким сломленным. Его пощадили, но уверенности, что кто-то из нас сможет и дальше жить в Кувейте в безопасности, не было. Эмоциональные потрясения этого дня вымотали нас, и мы рано отправились спать. Мама уложила Джехада в постель, отдав ему все наши подушки, чтобы его положение во сне было точно таким, как предписали врачи: это должно было уменьшить давление на оставшийся глаз.

Через приоткрытую дверь я наблюдала за его сном, понимая, что никогда себя не прощу. Джехад остался в Кувейте, потому что я встала на сторону ситти Васфии и отказалась уезжать. До конца жизни я пронесу бремя его разрушенной мечты.

Я бы хотела рассказать, что случилось с братом. Что они с ним сделали. Рассказать, как именно они насиловали и ломали его. Как кувейтская полиция и военные сговорились с американцами, чтобы выскоблить из него его личность. Я хотела бы рассказать это, чтобы мир узнал, что им все сошло с рук – как всегда все сходит с рук сильным мира сего. Но это не моя история, а Джехад нашел утешение в молчании.

Кроме нас, в этом районе осталось лишь несколько палестинских семей. Улица за улицей тянулись опустевшие многоквартирные дома. Подсветка и яркие вывески «ПРОДАЕТСЯ» магазинов на углу потухли – теперь там лишь глухие ставни и тишина. Пропали дети, игравшие на улице в мяч. Исчезли парни, которые раньше собирались на углах, чтобы глазеть на нас, женщин, и третировать своим вниманием. Оголились бельевые веревки на балконах, которые когда-то украшали каждое здание развешанным чистым бельем.

Мы оставались, потому что не могли бросить Джехада. Теперь же, когда он вернулся, мы собрали все, что могли унести: одежду, кухонные принадлежности, фото баба в рамке со стены в гостиной и мамину швейную машинку «Зингер». В квартале оставалось еще две семьи – одна в нашем доме, другая в соседнем. Как-то они пришли порадоваться возвращению Джехада, и мы договорились уехать вместе, рано утром, полагая, что большой компанией будет безопаснее проходить контрольно-пропускные пункты по дороге в аэропорт.

Сперва мы хотели поехать в Амман на машинах, дорога занимала четырнадцать часов. Но на них были иракские номера – мы были вынуждены сменить их во время оккупации, и теперь Кувейт не разрешал палестинцам получать новые номерные знаки. Умм Бурак пообещала, что продаст наши машины и переведет деньги. К моему удивлению, в день отъезда она приехала к четырем утра, чтобы отвезти нас в аэропорт.

– Я хотела убедиться, что с бумагами на машины все в порядке, – сказала она.

– Лгунья. Мы уже их проверили, – сказала я, заключая ее в объятия. – Ты пришла, потому что любишь меня. Признай это, противная ты старушка.

Были времена, когда мама пыталась запретить мне видеться с Умм Бурак, считая, что она оказывает на меня дурное влияние. Но сейчас она обняла ее и поблагодарила за то, что та помогает нам выбраться из страны.

Пока мама готовила нам завтрак перед дорогой, мы с Умм Бурак в последний раз сбегали в банкомат с карточкой Абу Муаса.

– Я побаиваюсь, что именно сегодня нас поймают, – сказала я.

– Каким это образом? Сейчас четыре часа утра, – сказала Умм Бурак. С этим сложно было спорить. – К тому же это сберегательный счет. Очевидно, он не проверяет его регулярно. Я уверена, что у него есть еще одна карточка для ежедневных трат. – К тому моменту мы сняли почти двенадцать тысяч динаров, которые разделили поровну между собой. На счете все еще оставалось чуть больше 9860 динаров.

Наконец пришло время уезжать. Наши соседи ждали в трех такси, пока мы впятером втиснулись в «Линкольн Континенталь» Умм Бурак.

1 ... 27 28 29 30 31 32 33 34 35 ... 99
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава бесплатно.
Похожие на Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава книги

Оставить комментарий

Copyright LibKing.com © 2024 | Все права защищены.

pbn.book@gmail.com