Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– Да, – прошептал он, окончательно стирая расстояние между нами. Я закрыла глаза, когда наши губы встретились. Хотела бы сказать, что я была охвачена страстью, но все было не так. Из самых глубин души поднялось давнее тревожное чувство – неуверенность или страх, настолько постоянные, что я уже почти не ощущала их присутствия. Когда наш поцелуй стал более глубоким, выразительным и страстным, мне отчаянно захотелось плакать. Никто никогда не целовал меня с такой любовью, и я вдруг осознала, что счастье может достигать таких глубин, что становится чем-то сродни горю.
* * *
На следующее утро мы все поднялись рано и стали занимать свои позиции. Мы с Джуманой в девять были у контрольно-пропускного пункта. Точно по расписанию туристический автобус подъехал к очереди въезжающих с противоположной стороны машин. Мы с ней встали в очередь к пешеходному пункту пропуска, готовясь начать перепалку, когда заметили просевший сильнее ожидаемого автобус, внутри которого было всего шесть туристов, белых европейцев. К нашему облегчению, солдаты пропустили их, проверив лишь паспорта.
– Полагаю, наша работа на сегодня окончена, – сказала Джумана.
– Вот черт. А я уже настроилась надрать тебе задницу у всех на виду, – засмеялась я.
– Девочка, – сказала она, разминая мышцы, – тебе никто никогда не говорил, что нужно остерегаться таких вот худышек, как я?
– Да я бы расплющила тебя одной из своих ягодиц, прежде чем ты смогла бы что-нибудь сделать своими щуплыми ручонками.
Мы рассмеялись, не ощущая радости. На нас давили мысли о том, что в ближайшие часы что угодно может пойти не так. Самая опасная работа была у Вади, Фейсала и Самера. Они должны были достать оружие из потайного отделения автобуса, сложить его внутрь дивана в кузове арендованного грузовика, доехать до салона красоты и выгрузить. Перенос дивана в салон Джуманы был самой рискованной частью, потому что прохожие наверняка пришли бы на выручку, как из любопытства, так и из искреннего желания помочь, а вес дивана мог вызвать подозрения, которые наверняка привели бы военных к нашей двери. Таким образом, близнецам необходимо было отказаться от любой помощи, обидев потенциальных помощников и в любом случае вызвав подозрения.
Вот тут-то нам с Джуманой и предстояло снова вступить в игру. Мы должны были ждать в салоне, чтобы помочь донести подушки, каждая из которых была набита оружием и патронами. Никому не покажется странным, что женщины несут по одной подушке. Мы продумали все мыслимые детали – чтобы клиенты Джуманы тоже не бежали на подмогу, мы должны были обернуть их волосы фольгой или поместить под фены: так им нельзя будет вставать с мест.
По пути в салон нам с Джуманой пришлось пересечь один контрольно-пропускной пункт. Мы не думали, что нас задержат, но один из солдат решил проверить документы Джуманы. Боясь потерять время, я принялась заигрывать с солдатом. Он был младше меня минимум лет на десять, но всегда можно рассчитывать на то, что мужчин будут отвлекать их члены. Еврейский парень с большой пушкой пропустил нас и с улыбкой смотрел вслед на мою покачивающуюся задницу.
Я схватила Джуману за руку, как будто она была моей возлюбленной, и предупредила:
– Не оборачивайся.
– Моя героиня. – Она сжала мою руку. – Я хочу быть похожей на тебя, когда вырасту.
– Ты старше меня, сучка. – Мы дали шуткам еще один шанс, но волнение никуда не ушло, и наши кишки скрутило от беспокойства. Все так же на взводе, мы около двадцати минут шли до салона. Джумана чуть ослабила платок и позволяла ему соскальзывать с каждым шагом, пока он не свернулся вокруг ее шеи. Когда мы приблизились к салону, то увидели толпу, запрудившую улицу. Джумана снова схватила меня за руку. Мы торопливо прошли вглубь толпы, пока не поняли, что люди собрались вокруг салона, пытаясь выломать дверь. Мы тут же бросились к дверям, а соседские дети кричали нам:
– Быстрее, тетя Джумана! Ваш магазин горит!
Протолкнувшись сквозь людей, мы увидели, как из дверей и окон валит дым. Вдалеке завыла сирена, пожарная машина разогнала собравшихся оглушительным гудком. Мы отступили в толпу изумленных зевак, держась друг за друга, слушая крики пожарных с брандспойтами, шипение и рев пламени, безмолвно вглядываясь в клубы черного дыма.
Тоненький детский голосок произнес:
– Похоже, вашим братьям придется делать ремонт заново.
Мы обе посмотрели на маленькую девочку, затем друг на друга, в глазах каждой читалось беспокойство. Что, если катакомбы будут обнаружены? Что теперь делать Самеру и близнецам? А как же Биляль и Гассан?
Словно наяву, возникло видение, как всех нас пытают в израильских тюрьмах, весь наш район сровняли с землей и захватили поселенцы, наподобие «Диснейленда» евреи теперь водят экскурсии к раскопкам катакомб, как переименовали город, а местных жителей загнали в гетто. От этой картины меня затошнило.
Зазвонил мобильник, я откинула крышку.
– Биляль!
– Хабибти, у вас с Джуманой все в порядке?
– У нас все в порядке. Но салон…
– Мы слышали. Мы с Гассаном в пяти минутах езды. Сохраняйте спокойствие. Все под контролем.
Когда пожарная машина уехала и народ хлынул осматривать обугленный, насквозь промокший салон, Джумана буквально взорвалась, крича всем, чтобы они убирались прочь. Ее фены, столешницы «Формика» и пластиковые стулья превратились в абстрактные оплывшие фигуры, растения в горшках почернели и поникли, а потолочный вентилятор хлипко качался на нескольких проводах, с его лопастей капала вода.
– Я продала часть отцовской фермы, чтобы построить этот бизнес. Все кончено. Они собираются убить нас и забрать все это, – сказала она, ни к кому не обращаясь; под ее ногами похрустывало битое стекло.
Я заглянула в ванную. Стены и сантехника, включая стеллаж за унитазом, почернели, но не сгорели дотла. Джумана съехала вниз по стене, обхватила колени руками и начала рыдать. Я опустилась на колени рядом с ней, нервно раздумывая, почему Биляль и Гассан так задерживаются.
– Хабибти, ты должна взять себя в руки. Мы найдем способ привести это место в порядок, но сейчас…
– Я плачу не из-за салона. У меня нет возможности связаться с Фейсалом и Вади. Я понятия не имею, в порядке ли они. Некому позвонить, негде посмотреть, не подвергая их еще большему риску.
Она заглянула мне в глаза.
– Что мы наделали?
– Послушай! – Я схватила ее за плечи и сказала со всей решимостью, на какую была способна, на всякий случай шепотом, хотя она и выгнала посторонних. – Биляль и Гассан должны были приехать еще полчаса назад. Как знать, может, всех мужчин уже забрали, а солдаты скоро и
- 04.1912 (ЛП) - Susan Stellar - Историческая проза
- Хранить вечно - Владимир Петрович Лебедев - История / О войне
- Полное собрание рассказов - Курт Воннегут - Русская классическая проза
- Братва-6. Любовь хулигана - Виталя Гусынин - Криминальный детектив / Прочие приключения / Русская классическая проза
- Последняя любовь Екатерины Великой - Наталья Павлищева - Историческая проза
- Екатерина и Потемкин. Фаворит Императрицы - Наталья Павлищева - Историческая проза
- Екатерина и Потемкин. Тайный брак Императрицы - Наталья Павлищева - Историческая проза
- Хазарский словарь (мужская версия) - Милорад Павич - Историческая проза
- Наследство Пенмаров - Сьюзан Ховач - Историческая проза
- Княгиня Ольга - Светлана Кайдаш–Лакшина - Историческая проза