Форма входа
Читем онлайн Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
этот брак, как ты разрушила первый. Бог любит тебя, и мы все тебя любим.
Когда стемнело, Биляль развел костер на улице. Он уже обходился без трости, однако прежней легкости в походке еще не было. Мы пристроились друг к другу, завернувшись в одеяло у костра.
– Наконец-то мы одни. – Он поцеловал меня. Эта близость была такой знакомой, будто мы были вместе всегда. Мне было тяжело вспоминать жизнь без Биляля.
Мы завороженно смотрели на темное небо, раскрывающее перед нами непостижимые просторы Вселенной.
– Все мои переживания теряют всякий смысл и вес перед лицом такого неба, – тихо сказал Биляль.
Я прижалась к его плечу и поцеловала в шею.
– Во втором классе у меня были большие неприятности из-за того, что я пыталась постичь Вселенную, – сказала я.
– Что ты имеешь в виду? – Биляль отстранился и заглянул мне в глаза.
– Моя учительница религии рассказала классу, какой огромной Бог создал Вселенную. Она сказала, что Он создал миллионы планет и на некоторых из них, возможно, даже есть жизнь, подобная земной. Ну я и принялась задавать ей совершенно логичные вопросы, например: «Почему Бог заботится только о людях на Земле? Как Он умудряется следить за всеми на свете да еще и проверять, не ест ли кто-нибудь свинину? Приходится ли маленьким инопланетным девочкам тоже носить хиджабы?» И наконец, последняя капля, которая переполнила чашу терпения учительницы: «Почему Его вообще волнует, что мы едим или носим? Разве у Него нет дел поважнее?»
Биляль рассмеялся.
– Многие живут всю жизнь и даже не задумываются об этих элементарных вопросах.
– Директриса отстранила меня от занятий на неделю.
– Эта тупая школьная система уничтожает в детях креативность и любопытство, – сказал он.
– Но нет человека злопамятнее меня. Когда я перешла в четвертый класс, то проколола шины на машинах их обеих. Никто так и не узнал, кто это был, – призналась я.
Биляль расхохотался.
– Мне это нравится! Ты была бунтаркой и революционеркой всю свою жизнь, женщина!
– Так и есть. Тебе очень повезло взять меня в жены.
– Разумеется, повезло.
Мы продолжали сидеть в обнимку некоторое время и разговаривали, смеялись, делились воспоминаниями, целовались. Я хотела заняться любовью, но мое тело – нет. Или, может быть, все было наоборот: тело хотело этого, но не я сама. Биляль тоже выглядел так, будто пытался разрешить внутренний конфликт.
Он начал первым.
– Мы же оба думаем об одном и том же, правда?
Я улыбнулась.
– Я уважаю и принимаю твои желания, Нахр. Ты уже говорила мне об этом, и мне не нужно повторять дважды. Я хотел сказать, что только нам самим решать, какими должны быть наши отношения. Мы можем быть друг с другом такими, какими захотим. Нам не обязательно заниматься любовью сейчас, а может быть, и никогда, если мы этого хотим. Я прошу лишь честности. Взамен я отвечу тебе тем же и всегда буду стремиться заслужить и сохранить твою любовь, уважение и преданность, – сказал он.
Я уткнулась лицом в его шею, чувствуя себя наполненной, благодарной за эту жизнь и невероятно влюбленной.
Он неловко заерзал.
– Мне нужно еще кое-что сказать тебе.
Я молчала, пока он подбирал нужные слова.
– Я собирался сказать тебе это еще тогда, когда ты открылась мне. Но мне не хватило твоей смелости, – начал он. – В последний раз в тюрьме они проявили особую изобретательность. Раньше меня били по всему телу, не щадя паховой области, но в последний раз они с особым упорством целились именно в гениталии. Меня постоянно рвало, а между ногами все распухло. Потом они оставили меня в покое, но туда попала инфекция, а они не захотели показывать меня врачу. Вот тогда я объявил голодовку. К тому времени, когда меня перевели в военный госпиталь, инфекция распространилась слишком сильно и исправить что-либо было невозможно. – Он снова поерзал на стуле, крепко прижимая меня к себе. – Им пришлось удалить одно из моих яичек.
На глазах у него выступили слезы. Я сильнее обвила его руками.
– Мне было так стыдно признаться тебе. Прости, что я не сделал этого раньше. – Он замолчал и провел ладонью по лицу. – И вот я прошу тебя о честности. – Он втянул воздух сквозь зубы. – Я хотел сказать тебе тогда. Что я мужчина только наполовину… и я не уверен, что физически способен заниматься любовью. – На скулах у него заходили желваки. Он избегал моего взгляда.
Я нежно поцеловала его в губы.
– Не мучь себя так. – Я поцеловала его в щеку. – Я люблю тебя, Биляль. Ты же сам говорил: люди – сложные существа. Мы сами определим, что для нас правильно, – так и будем жить. – Я обхватила его лицо ладонями. – А сейчас у нас уже есть честность, доверие и любовь. – Мне хотелось описать ему, как растущая между нами эмоциональная близость разбивает сердце и как от этой боли только сильнее хочется жить. Но я не могла подобрать нужных слов, кроме как сказать, что люблю его, а этого было до жути мало.
С той ночи мы были неразлучны, и нас связывала такая близость, о существовании которой я раньше и помыслить не могла. Я обрела покой. И абсолютное счастье.
Засыпая в объятиях Биляля, я думала о холмах за террасой. Вот-вот там зацветут дикие сливы, персики, груши, инжир, мушмула, шелковица, финиковые и миндальные деревья. А летом мне предстояло ухаживать за локвой и гранатами хаджи Умм Мухаммад.
* * *
Мама и Джехад вернулись в Иорданию как раз перед тем, как Ариэль Шарон ворвался в страну и расколол небо надвое, – меньше чем через два месяца после свадьбы. Он бомбил все наши крупные города, чтобы поднять свой рейтинг внутри страны. Он сравнял с землей аэропорт Газы и разворотил взлетно-посадочную полосу – скромный символ палестинского суверенитета. Их военные казнили наших лидеров, превратили в руины школы и университеты, похитили базы данных населения и студенческую статистику, а затем на многие месяцы ввели комендантский час, во время которого нам было запрещено покидать дома и днем и ночью, если только об отмене не объявляли в специальных военных сводках.
Биляль все еще не до конца поправился, и врачи допускали, что хромота может остаться навсегда: часть мышц в паху и на бедре пришлось также удалить, чтобы предотвратить распространение инфекции. Но он набрал вес и восстановил силы. Он редко общался с кем-то по телефону – наши звонки прослушивались, – зато подолгу работал за компьютером. В отличие от большинства, мы были счастливыми обладателями домашнего компьютера. Он спасал нас от смертельной скуки
На этой странице вы можете бесплатно читать книгу Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава бесплатно.
Похожие на Жестокому миру вопреки - Сьюзан Абульхава книги
- 04.1912 (ЛП) - Susan Stellar - Историческая проза
- Хранить вечно - Владимир Петрович Лебедев - История / О войне
- Полное собрание рассказов - Курт Воннегут - Русская классическая проза
- Братва-6. Любовь хулигана - Виталя Гусынин - Криминальный детектив / Прочие приключения / Русская классическая проза
- Последняя любовь Екатерины Великой - Наталья Павлищева - Историческая проза
- Екатерина и Потемкин. Фаворит Императрицы - Наталья Павлищева - Историческая проза
- Екатерина и Потемкин. Тайный брак Императрицы - Наталья Павлищева - Историческая проза
- Хазарский словарь (мужская версия) - Милорад Павич - Историческая проза
- Наследство Пенмаров - Сьюзан Ховач - Историческая проза
- Княгиня Ольга - Светлана Кайдаш–Лакшина - Историческая проза